ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она знает, что имела несчастье встать на пути у могущественных преступников. Она понимает, что может не дожить до завтра. Она бежит – и по пятам за ней следует погоня. И некому ей помочь – кроме одног... Дикарка Фабио Ланзони Пролог Бежать! Желание возникло из страшной сумятицы мыслей и чувств, охвативших Эй Джи Саттон, тщетно пытавшейся не верить своим глазам. Человек, которого она любила, прятался в темноте с поднятым пистолетом. В этот миг он увидел ее – синие глаза широко открылись – и попытался схватить. Бежать! Ноги сами понесли ее прочь. Сзади слышался тяжелый грохот шагов по терракотовым плиткам пола, он окликнул ее по имени, велел остановиться. Эй Джи стремглав неслась к массивной двустворчатой двери. И вдруг она поняла, что он не требовал остановиться. Тем более не просил. Он приказывал ей. От смешанного чувства потрясения, страха, ярости и негодования сдавило горло. Никто и никогда не смел приказывать Эй Джи Саттон. Как же он посмел? Он, может, думает, что она полная дура? Что подчинится первому встречному, а тем более человеку, который оказался не тем, за кого она его принимала? Она без колебаний распахнула дверь и окунулась в удушливую сырость тропической ночи. Вдалеке слышались возгласы охранников у берега, плеск воды и лай собак. И страшный в своей неумолимости звук шагов сзади. Она бежала к дальним воротам, не отрывая взгляда от густой живой изгороди, которая манила, как спасительная гавань. Но она знала, что это только временное спасение. Скоро он настигнет ее со своими хладнокровными телохранителями, которые без колебаний пристрелят ее, если только… Если только он первым не спустит курок. Нет, это невозможно! Он не убьет меня… Он меня любит… Но нет… Нет. Она и в самом деле дура. Он не любил ее. Он попросту не существовал. Мужчина ее мечты оказался всего-навсего плодом воображения, порожденным ее страстным желанием любить и быть любимой. Действительно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его способность к сочувствию оказалась главным качеством, которое привлекло к нему Аурелию. Мать Лии покинула Гавану в восемнадцать лет на переполненном дырявом плоту вместе с дюжиной молодых парней и девушек, среди которых был и ее жених Карлос. Карлос утонул во время того безумного путешествия, когда плот попал в шторм.

Мать Лии была спасена экипажем американского корабля недалеко от Ки-Уэста. Джек Саттон, молодой морской офицер, взял под крыло несчастную перепуганную девушку, которая, вероятно, тогда же ранила его в самое сердце.

Об этой встрече Лии рассказал брат Джека, дядя Брюс, который поведал девушке о ее прошлом только через несколько лет после смерти ее родителей.

Лишенный эмоциональности и сердечности своего брата, Брюс, естественно, опустил многие волнующие детали. Но по его рассказу нетрудно было представить себе то притяжение, которое возникло между уравновешенным галантным мужчиной в военной форме и юной экзотической красоткой, очутившейся в полном одиночестве в чужой стране.

Они поженились через несколько месяцев после знакомства, а через год у них родилась дочь. Джек настоял, чтобы ее назвали в честь матери и при крещении девочке дали имя Аурелия Джейн Саттон.

С самого рождения и до той кошмарной ночи все звали ее просто Эй Джи. Потом она сбежала от Марко Эстевеса и Виктора Кэвала, превратившись в ЛиюХаскин.

Фамилию она нашла в телефонной книге на автобус-ной остановке где-то в Виргинии.

Что касается имени, то оно эхом звучало в ее голове с тех пор, как погибли родители, разбившись в авиационной катастрофе по пути на Бимини, где они собирались отпразновать десятилетие свадьбы.

Лия… Так называл Джек Саттон свою жену – то была ласковая, укороченная версия Аурелии, имени, которое дочь унаследовала от матери.

Лия… Это имя было единственным связующим звеном между ней и ее счастливым прошлым, которое кончилось со смертью родителей, когда девочке пришлось отправиться жить к единственному родственнику – единственному в этой стране – дяде Брюсу, брату отца.

Недавно разведенный, весь погруженный в работу правительственный чиновник был совершенно не готов воспитывать девятилетнюю племянницу, которую едва знал. У дяди Брюса были две дочери – Синди и Дебби: одна на несколько лет старше, другая на несколько лет моложе Аурелии Джейн.

Обе девочки не отличались красотой и были довольно угрюмыми созданиями. Они совсем не собирались отдавать своей хорошенькой кузине хотя бы часть того скудного внимания, которое уделял им отец. Они постоянно напоминали Лии, что их отец взял ее в свой дом скрепя сердце; что он изо всех сил старается отыскать семью ее погибшей матери, оставшуюся на Кубе.