ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На острове Рэггид, где-то в глубинах затопленной древней шахты, называемой Водяной Бездной, хранятся несметные сокровища, спрятанные здесь знаменитым пиратом XVII века. Согласно легенде, сокровища... Дуглас Престон, Линкольн Чайлд «Остров» Линкольн Чайлд посвящает эту книгу своей дочери Веронике Дуглас Престон посвящает эту книгу своему брату Ричарду Престону Ну и денек! Все кругом залито ромом. Но наш отряд относительно трезв. У нас беспорядки! Мерзавцы устроили заговор. Идут постоянные разговоры о том, чтобы разделиться, так что я бдительно следил за добычей. Сегодня взяли одно, на борту чертовски много спиртного, так что экипаж веселился, чертовски веселился. Но потом все снова вернулось в норму. Из бортового журнала Эдварда Тича, известного под именем капитана Черная Борода. 1718 г. Если применять технологии двадцатого века для решения задач семнадцатого, можно либо добиться абсолютного успеха, либо потерпеть головокружительное поражение — середины нет. Орвилл Хорн, доктор философии ПРОЛОГ В июне 1790 года Саймон Раттер, рыбак из штата Мэн, ловивший треску, попал в шторм. Его легкая плоскодонка была до предела нагружена рыбой, он сбился с курса, и ему пришлось причалить к окутанному туманом острову Рэггид, [1] в шести милях от побережья. Дожидаясь, когда непогода утихнет, Саймон решил исследовать пустынную землю. За скалистыми утесами, давшими имя этому маленькому островку, рыбак обнаружил могучий дуб, с одной из нижних веток которого свисали старинные тали. А на земле под ними он разглядел вмятину. Несмотря на то что, по всеобщему мнению, остров был необитаем, Раттеру стало ясно: кто-то побывал здесь много лет назад. Охваченный любопытством, Раттер несколько недель спустя в воскресный день вновь отправился на остров, на сей раз вместе с братом. Они прихватили с собой кирки и лопаты и принялись копать в том месте, где обнаружилось углубление в земле. Примерно чере

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

ГЛАВА 3

Хэтч припарковал взятую напрокат машину на утрамбованной площадке над пристанью и осторожно выбрался наружу. Он закрыл дверь и на мгновение замер, оглядывая гавань. Длинная, узкая бухта с гранитной набережной, тут и там лодки ловцов омаров и ялики с неводами, залитые холодным серебристым светом. Даже двадцать пять лет спустя он вспомнил некоторые названия — «Лола Би» и «Мейбел У».

Маленький Стормхейвен с узкими, обшитыми вагонкой домиками и кривыми улочками упрямо карабкался вверх по склону холма. Дальше домов становилось меньше, их сменяли заросли черных елей и небольшие лужайки, окруженные каменными стенами. Вершину холма венчала конгрегационалистская церковь, чей строгий белый шпиль упирался в серое небо. В дальнем конце бухты он разглядел дом своего детства, над вершинами деревьев виднелось четыре фронтона и «вдовья дорожка»,

а также длинная лужайка, сбегающая к самому берегу, и маленькая пристань. Хэтч быстро отвернулся — ему вдруг показалось, что смотрит на все глазами постороннего человека.

Надев солнечные очки, Малин направился к пристани. Из-за сужающих обзор очков, а главным образом из-за неразберихи в душе чувствовал он себя немного не в своей тарелке. Его мучили дурные предчувствия, даже более сильные, чем в деревне Раруана, усеянной трупами туземцев, жертв лихорадки денге, или в Западной Сьерра-Мадре во время вспышки эпидемии бубонной чумы.

Пристань была одним из двух коммерческих причалов гавани. По одну сторону выстроились в ряд маленькие деревянные домики: кооператив ловцов омаров, бар и кафе под названием «Закусочная Рыжего Неда», сарай для хранения наживки и еще один — для снаряжения. На конце пристани возвышалась ржавая газовая помпа, торчали несколько лебедок и сушились верши для омаров. Вдали, там, где море соединялось с небом, висела стена тумана, словно мир заканчивался в сотне ярдов от берега.

Первым на его пути оказался домик, обшитый гонтом, где размещался кооператив ловцов омаров. Веселые завитки пара, вьющиеся из железной трубы, говорили о том, что внутри варятся омары. Хэтч остановился около доски, где мелом были написаны цены за разные категории этих моллюсков: без панциря, с панцирем, чистое мясо, отборные кусочки, отбракованные куски. Он заглянул в окно с рифленым стеклом и увидел ряды бочек, наполненных барахтающимися омарами, которых вытащили из воды всего пару часов назад. В отдельном резервуаре находился голубой омар — большая редкость, — выставленный на всеобщее обозрение.

Малин отошел от окна, когда рыбак в высоких сапогах и плаще покатил бочку тухлой наживки по пристани. Он остановился около ближней лебедки, закрепил ее и отправил в лодку, стоящую внизу, движением, которое Малин в детстве видел тысячу раз.