ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Старинное поместье в идиллически прекрасном уголке Англии – не просто приют для «богатых и знаменитых». Здесь обитают люди, обратившие свою жизнь в бесконечную гонку за удовольствиями, какие только... Обними меня Роберта Лэтоу Глава 1 В селении Сефтон-под-Горой, что находится в графстве Оксфордшир, никогда ничего значительного или хотя бы просто достойного внимания не происходило. Но вот однажды утром на дороге, что вела из него в поместье Сефтон-Парк, была обнаружена машина марки «БМВ». Она стояла посреди проезжей части, перекрывая путь. Дверцы были распахнуты, фары горели, в замке зажигания торчал ключ, а в салоне никого не было. Заметив машину, деревенский почтальон Артур Хэррис остановил свой красный микроавтобус и, не выключая мотора, некоторое время рассматривал брошенную «БМВ», поблескивавшую в лучах восходящего июньского солнца. Природа просыпалась: в траве сверкала, просыхая, роса, в покрытых ярко-зеленой листвой ветвях деревьев весело щебетали птицы, ветерок разгонял стлавшийся вдоль обочины туман, и даже развалины замка эпохи Тюдоров, видневшиеся в отдалении, в это погожее утро выглядели на удивление празднично. Почтальон подметил странное несоответствие между замершим на дороге автомобилем и бушевавшей вокруг жизнью и поежился от неприятного предчувствия. Кроме того, «БМВ» не давала ему проехать в Сефтон-Парк, а почтальон, пускаясь в путь, в первую очередь заезжал в поместье. Таким образом, брошенная машина нарушала царившую в этом уголке Англии гармонию и вносила изменения в его, Артура Хэрриса, раз и навсегда установленный распорядок дня. Артур уже столько лет доставлял почту в деревеньку и находившийся неподалеку Сефтон-Парк, что испытывал к проживавшим там людям теплые, едва ли не родственные чувства. Он ощущал важность возложенной на него миссии, был горд от сознания того, что являлся связующим звеном между огромным миром и местными жителями, всех их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они были братьями по оружию, но только до тех пор, пока леди Оливия находилась в бегах. Хэрри, случись ему выйти на след пропавшей и арестовать ее, никогда бы не передал ее в руки людей принца. Его воспитание, чувство справедливости и, наконец, то, что он был англичанином, не позволили бы ему этого сделать. Принц тоже был прекрасно образован и любил западную культуру, но страсть властвовать и привитые ему в детстве исламские ценности въелись в него слишком глубоко.

– Что еще вы можете мне сообщить? – спросил Хэрри просто для того, чтобы нарушить молчание. Общих тем для разговора с принцем у него не находилось. Он приехал, чтобы выяснить вопрос о деньгах, получил соответствующие разъяснения, и больше говорить им было не о чем.

Хэрри давно хотел досконально рассмотреть вопрос о счетах Оливии и намеревался использовать для этого все имевшиеся в его распоряжении каналы. Ничего другого ему уже не оставалось. Все остальные ниточки, за которые он дергал, неизменно обрывались и никуда не вели.

Когда принц покачал головой, отказываясь продолжать разговор, старший следователь понял, что делать ему на яхте нечего, и попросил, чтобы его отвезли на берег.

– С этим задержки не будет. Позвольте, я провожу вас на палубу.

В присутствии принца Хэрри чувствовал себя не в своей тарелке и не мог дождаться минуты, когда от него отделается. Во внешности этого человека и манере держаться было что-то от дикого зверя, несмотря на его американский акцент и костюм от Армани. Принц был смугл и красив, его лицо украшала коротко подстриженная черная бородка. Глядя на него, сторонний наблюдатель решил бы, что этот человек относится к новому поколению арабских властителей и, уж конечно, на варварские поступки, которыми славились его предки, не способен. Но это было далеко от истины.

– Держите меня в курсе, – попросил принц.

– Постараюсь. Надеюсь также на ответную любезность с вашей стороны.

Принц и Хэрри прошли вдоль коридора мимо роскошно убранных кают. В некоторых из них находились женщины. Они были красивы, как топ-модели, и Хэрри решил, что они, вероятно, манекенщицами и были. Но представить себе среди них Оливию Хэрри не мог. Эта мысль заставила его обратиться к принцу с вопросом:

– Скажите, вы хорошо знали Оливию?

Его высочество не ответил и молчал всю дорогу, пока они шли по палубе. Лишь в ту минуту, когда Хэрри ступил на сходни, чтобы спуститься в катер, принц сказал:

– Оливия очаровала меня не меньше, чем моего брата. Она была удивительно хороша собой и воспитывалась в лучших традициях английской аристократии. При всем том она, словно какой-нибудь хиппи, стремилась к безграничной свободе и была невероятно, неправдоподобно сексуальной.