ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Давнее дело об убийстве шестнадцатилетней девушки так и осталось нераскрытым.И теперь завершить его поручено Гарри Босху.Он быстро находит новые факты и новые улики.Но почему главный подозреваемый пог... Забытое дело Майкл Коннелли Детективам, заглядывающим в бездну Прошло десять минут. Соседей Гарри вызвали раньше, по одному, и на каждого шеф потратил примерно пять минут. Когда в кабинете был второй, Босх уловил доносящиеся из-за двери святая святых громкие голоса, а когда офицер наконец вышел, лицо его было пепельно-серым. Похоже, он как-то прокололся в глазах шефа, который, как поговаривали – кое-какие слухи доходили даже до пребывавшего в отставке Босха, – не терпел проколов со стороны подчиненных. В «Таймс» писали об одном высоком чине, пониженном в должности лишь за то, что он не уведомил начальника о происшествии с сыном некоего члена городского совета, выступавшего обычно на стороне критиков департамента. О случившемся шеф узнал только тогда, когда расстроенный папаша обратился с жалобой на незаконное задержание и грубое обращение с его отпрыском, как будто это полицейские заставили юнца выпить шесть мартини с водкой в баре «Мармаунт», а потом, по пути домой, врезаться в дерево на Малхолланд-драйв. Наконец Хоман положил трубку и ткнул пальцем в Босха. Гарри поднялся, и его быстро провели в угловой кабинет с видом на Юнион-стейшн и прилегающее железнодорожное депо. Вид был неплохой, хотя и не самый лучший, что, впрочем, не имело значения, поскольку само здание уже попало в список намеченных к сносу. Департамент же предполагалось разместить в неких временных офисах, пока на старом месте будет построена новая штаб-квартира. Нынешнее здание рядовые копы нередко называли «стеклянным домом», имея в виду слабую защищенность хранящихся в нем тайн. Интересно, спрашивал себя Босх, как окрестят новое здание? Начальник полиции сидел за большим письменным столом и подписыв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Накрахмаленный воротничок натирал шею, тугой галстук не позволял свободно вздохнуть. Босх почти час простоял под душем, стирая с кожи нанесенные чернилами знаки в надежде, что с ними уйдет, исчезнет в канализации вся грязь, вся мерзость последнего дела.

– Извините, сэр.

Босх поднял голову и увидел кадета, за спиной которого маячил заместитель начальника полиции Ирвин Ирвинг. Кадет отступил в сторону, заглянул в листок со списком приглашенных и повернулся к коммандеру.

– Сюда, сэр. – Он смахнул с сиденья программку, бросил вежливое «всего хорошего» и устремился к другому VIP-гостю.

Ирвинг молча сел. Минуту или две он устраивался поудобнее, потом оглянулся по сторонам, как будто желая удостовериться, что за ним не следят. В первом ряду, кроме них двоих, никого больше не было.

– Что здесь происходит, Босх? – спросил наконец коммандер, не удостоив соседа и взглядом.

– Вам виднее. – Босх тоже повертел головой. То, что их посадили вместе, явно не было простой случайностью. По крайней мере в такие совпадения он не верил. – Шеф сказал, что хочет, чтобы я был здесь. Пригласил еще в понедельник, когда отдал жетон.

– Какая честь.

Прошло еще минут пять, прежде чем Ирвинг снова нарушил молчание. К этому времени гости уже собрались и свободных стульев не осталось, если не считать зарезервированных для начальника полиции и его супруги.

– Чертовски удачно для вас неделя сложилась, – едва слышно проговорил коммандер. – Не каждый так умеет – вляпаться по уши в дерьмо и вылезти благоухающим как роза. Поздравляю.

Босх кивнул – Ирвинг верно оценил ситуацию.

– А как для вас, коммандер? Еще одна скучная неделя в офисе?

Ирвинг не ответил. Босх думал о тех местах, где искал ночью Роберта Верлорена. О том, как переменилось лицо Мюриель Верлорен, когда она увидела убийцу своей дочери. Ему пришлось спешно заталкивать Стоддарда в машину и удерживать несчастную женщину.

– Это все из-за вас, – тихо сказал Босх.

Впервые за все время Ирвинг посмотрел на него:

– О чем вы говорите?

– О семнадцати годах, вот о чем. Вы поручили своему человеку проверить алиби парней из «Восьмерки». Он не знал, что Стоддард не только работал с Маккеем в вечерней школе, но и был учителем у Ребекки Верлорен. Если бы алиби занимались Грин и Гарсия – как и должно было быть, – они бы еще тогда сложили два и два и вышли на Стоддарда. Тогда, семнадцать лет назад.

Ирвинг повернулся к нему:

– У нас с вами уговор, детектив. Нарушьте его, и я найду способ посчитаться. В долгу не останусь. Надеюсь, вы меня понимаете.

– Конечно. Я-то понимаю. Но только вы забываете кое-что. Я не единственный, кто знает о ваших делишках.