ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

…Мир после катастрофы. Странный, страшный и – увлекательный. Каким он может быть?Оледеневший пустыней, в которой вынуждены выживать три расы – мутировавшие суперанималы-воины и ментаты-экстрасенсы... Дракон Андрей Георгиевич Дашков Пролог Ему приснился зловещий сон, и, проснувшись, он сразу же отправился к могиле, которая позвала его. Он не мог бы сказать точно – зачем. Вероятно, для того, чтобы получить еще одно знамение. И потому, что убедился: нельзя пренебрегать сигналами ОТТУДА. В данном случае это был сигнал тревоги. Если постараться, то у тени появится лицо – чужое или нет, на мгновение или надолго. Но он слишком хорошо знал, как редко враг надевает настоящие лица… Теперь Кен стоял возле могилы того, кого считал своим учителем. Мертвец, лежавший здесь, научил его самому главному – трудному искусству выживания. В каком-то смысле мертвец был вторым отцом Кена. Один отец, которого Кен даже не помнил, дал ему жизнь; другой помог ее сохранить. И состоится дуэль – но еще не сегодня и не завтра. Появится некто – супер, который возьмет у Кена эту жизнь, когда настанет час уходить, и примет в ужасное наследство то, чему нет названия. Итак, в его сознании уже сформировался образ мистического триумвирата, без которого путь суперанимала теряет преемственность и смысл и превращается в жалкое блуждание вслепую. Каждому была отведена единственно нужная роль. И лучше не вмешиваться в этот порядок, в эти циклы, сцепляющие поколения, – иначе хаос неуправляемой, необузданной дикости сметет хилые стены запретов, продиктованных целесообразностью, которая понятна лишь единицам. Хаос хлынет из врат внутренней преисподней и захлестнет всех тех, кто мнил себя уцелевшим. Недаром священники-суггесторы твердили о кощунственных Триадах суперанималов – антиподах «Отца, Сына и Святого Духа». О том, как на протяжении жизни супера стремятся пройти все три стадии – от физического совершенства д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кен понимал это, но не собирался облегчать жизнь своим врагам. Чтобы проблем было поменьше, он приказал Рою и Барби держаться поближе к нему при пересечении внешнего кордона – на тот случай, если какой-нибудь слабонервный сугг откроет огонь, приняв четвероногих за авангард дикой стаи.

…Сначала появилось мерцание среди черно-синих торосов. Затем над ними поднялся изломанный контур – будто гигантская челюсть торчала изо льда, вонзив в небо неровные ряды зубов. Россыпи огней напоминали светящуюся радиоактивную пыль, гонимую ветрами вечности с места на место. То, что ее занесло сюда, представлялось совершеннейшей случайностью.

Сейчас больше чем когда-либо постурбан казался Кену частью чужой и абсолютно ненужной ему планеты. Он пришел сюда лишь затем, чтобы вернуть похищенных щенков. Однако сигналы детенышей с некоторых пор сделались неразличимо слабыми. Кто-то поставил непроницаемый экран.

К тому времени все запасы кончились, и тащить нарты не было никакой необходимости. Женщину забрал Безликий. Возможно, теперь она присоединилась к Обители и обрела новую жизнь.

Волки и Кен шли налегке – если не считать веса оружия и тяжести понесенной утраты. Физически супер находился в отличной форме. Встреча со Святым не прошла даром. Кен осознавал это, несмотря на то что меньше всего ему хотелось бы оказаться в роли наемника или хуже того – куклы. Но СИЛА была безлика, нейтральна и не принадлежала никому – вода жизни, вовлеченная в круговорот, частью которого на какое-то время становились и смертные тела.

Святой был одним из мощнейших концентраторов и проводников СИЛЫ. Благодаря этому он перемещался в тахионных туннелях – были случаи, когда его видели в нескольких местах одновременно, что порождало новые легенды. Эта способность не имела ничего общего с постановкой фантомов и означала как минимум третий уровень – то есть Святой был едва ли не единственным супраменталом, который мог противостоять Дракону в личной схватке.

Но Кен ни на секунду не поддался искушению заполучить в союзники мастера Обители Полуночного Солнца. Он пытался удержаться за пределами порочного треугольника: превосходство – неравенство – рабство. Его путь пролегал по размытой границе света и тьмы.

Здесь не было ничего постоянного и законченного, все могло обернуться собственной противоположностью. Здесь обличья менялись в зависимости от освещения, и маски мелькали с быстротой, которая не оставляла шансов истине. Здесь иногда молились своим убийцам и проклинали спасителей. Здесь ложь сделалась продолжением правды, и наоборот. Здесь СИЛА была только пятой стихией, о разрушительной способности которой подозревали лишь очень немногие из блуждавших вслепую. Здесь пытались выжить. И никто не искал справедливости.