ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Американка Алекс Тим — глава крупной компании и обладательница многомиллионного состояния отправляется в Москву, чтобы захоронить прах матери. Она знает от матери, что в России у нее есть сестра Са... Обман Виктория Доненко 1 Слепящее солнце било в окна роскошного нью-йоркского особняка. День стоял чудесный. Один из последних дней ее жизни… Как тяжко сознавать это… Но осознать необходимо. Миссис Джули Тим медленно обвела взглядом холл своего дома. Да, он очень хорош. Богато, со вкусом обставлен. У ее единственной дочери есть все… Джули Тим сделала все для своей девочки. Все, что могла, и даже больше. Она совершила почти невозможное. И обеспечила будущее Алекс. Однако уйти спокойно ей не давали тяжкие неотвязные мысли… От них ей нигде не скрыться. Точно так же, как никуда не деться из своей инвалидной коляски. Джули уже не суждено встать. Ее последние дни на этой благословенной американской земле. Да, Джули полюбила Америку, сроднилась с ней, эта страна стала для нее родной. Почти родной. Потому что там, за океаном, лежала ее, по-настоящему родная страна, где Джули родилась и выросла. Суровая холодная страна. Теперь миссис Тим мало что помнила о ней. Она старалась не интересоваться, что там происходит, лишний раз не теребить душу. Руки автоматически перебирали вещи в деревянной шкатулке, сохранившей для Джули самые ценные бумаги, письма, фотографии. Перед уходом с Земли каждый хочет вспомнить все прожитое, словно перелистать дни своей жизни, еще раз прожить ее в памяти — неторопливо и внимательно. Осудить себя за одни поступки и похвалить за другие… Сколько хороших и сколько отвратительных поступков было в жизни Джули? Печальная статистика. Считать не хотелось. Но руки двигались машинально, перебирая старые фотографии. Вот она, та самая, памятная — старая, пожелтевшая от времени, черно-белая… Джули долго и пристально рассматривала ее. На потрескавшемся снимке — две сме

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теснота, замасленные обои, растрескавшиеся потолки… Вряд ли в те годы было лучше… Скорее еще беднее, чем сейчас…

— Давай! — сказала Саша, взяла кассету и сунула ее в гнездо видеомагнитофона. — Кстати, вот эта кровать осталась от матери. Так и стоит. Это значит, мы с тобой на ней и родились. Если отсчитывать с момента грехопадения наших с тобой мам. А это наша бабка.

Она указала на стену. Алекс растерялась… Лицо женщины на фотографии, висевшей на стене, поразительно напоминало лицо ее матери. Да и их самих с Сашей. Так вот какой была их бабушка… И вот на кого они все похожи.

Видеомагнитофон заработал. И Алекс увидела на пленке свой роскошный дом, огромный бассейн с голубой водой, где-то в углу чернокожего садовника, подстригающего кусты идеально ровно… Рядом, на огромной ухоженной травяной лужайке застыл красный «ягуар» с открытым верхом. Инвалидная коляска с электроприводом. В ней изможденная женщина… Мама, мамочка… Как же без тебя плохо… Хотя на самом деле у Алекс все хорошо. Это надо затвердить и почаще повторять про себя.

— Это что у тебя, художественный фильм? — спросила Саша. — Я, по-моему, его переводила. Там еще садовника, кажется, убивают, да? Промотай дальше.

— Это мама… — тихо сказала Алекс. — Я снимала ее за несколько дней до смерти. У нас на бэкъярд.

У Саши перехватило дыхание. Она не верила своим ушам.

— Как мама?.. Ты хочешь сказать. Это ваш дом?! Ваш?! И вы в нем живете?!

Алекс отозвалась без всяких эмоций:

— Я купила этот дом для мамы два года назад. Когда у нее начались проблемы со здоровьем. Там много воздуха и земли для прогулок. Я тоже туда переехала. До этого я жила прямо в центре Нью-Йорка, на Манхеттене.

В этот момент пожилая женщина на экране сделала плавный полукруг вместе с коляской и слабо помахала в объектив рукой. Следующий кадр — лицо тети Юли крупным планом. Она вяло улыбнулась в экран. Съемка оборвалась.

Саша сидела потрясенная…

— Одно лицо. Так это… не кино?.. Алекс покачала головой.

— А зачем вам столько комнат? — без всякой связи с предыдущим выпалила Саша.

Сестра не успела ответить. Да и что ей было отвечать?.. Женя как раз зарядил фотоаппарат и навел его на сестер.

— Внимание! Скажите «чииз!»

Вслед за этим сверкнула вспышка поляроида подряд два раза. Из фотоаппарата поползли еще белые карточки. Буквально на глазах стали обрисовываться фигуры сестер.

Женя вручил каждой по влажному снимку.

— Сестрам на память.

— Удивительно похожи… — прошептала Алекс, глядя на фотографию.

— Да, правда. Только прическа у меня другая, — автоматически заметила Саша, не в силах прийти в себя после всего увиденного и услышанного.

Алекс осторожно поправила ее волосы.

— Можно постричь. Вот так… И тогда нас никто не отличит.

— Даже мы сами, — усмехнулась Саша.