ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Американка Алекс Тим — глава крупной компании и обладательница многомиллионного состояния отправляется в Москву, чтобы захоронить прах матери. Она знает от матери, что в России у нее есть сестра Са... Обман Виктория Доненко 1 Слепящее солнце било в окна роскошного нью-йоркского особняка. День стоял чудесный. Один из последних дней ее жизни… Как тяжко сознавать это… Но осознать необходимо. Миссис Джули Тим медленно обвела взглядом холл своего дома. Да, он очень хорош. Богато, со вкусом обставлен. У ее единственной дочери есть все… Джули Тим сделала все для своей девочки. Все, что могла, и даже больше. Она совершила почти невозможное. И обеспечила будущее Алекс. Однако уйти спокойно ей не давали тяжкие неотвязные мысли… От них ей нигде не скрыться. Точно так же, как никуда не деться из своей инвалидной коляски. Джули уже не суждено встать. Ее последние дни на этой благословенной американской земле. Да, Джули полюбила Америку, сроднилась с ней, эта страна стала для нее родной. Почти родной. Потому что там, за океаном, лежала ее, по-настоящему родная страна, где Джули родилась и выросла. Суровая холодная страна. Теперь миссис Тим мало что помнила о ней. Она старалась не интересоваться, что там происходит, лишний раз не теребить душу. Руки автоматически перебирали вещи в деревянной шкатулке, сохранившей для Джули самые ценные бумаги, письма, фотографии. Перед уходом с Земли каждый хочет вспомнить все прожитое, словно перелистать дни своей жизни, еще раз прожить ее в памяти — неторопливо и внимательно. Осудить себя за одни поступки и похвалить за другие… Сколько хороших и сколько отвратительных поступков было в жизни Джули? Печальная статистика. Считать не хотелось. Но руки двигались машинально, перебирая старые фотографии. Вот она, та самая, памятная — старая, пожелтевшая от времени, черно-белая… Джули долго и пристально рассматривала ее. На потрескавшемся снимке — две сме

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она тогда его не винила — чего ждать от мужчины? Как говорится, и на том спасибо.

Саша выразительно хмыкнула. Да уж, мужчины все одинаковы, как на подбор. И их отец ничем не лучше других. Милованов — такой же. Но Саша осмелилась ему довериться… Может быть, напрасно?.. Хотя теперь уже поздно рассуждать, все решено…

— Пять лет мама маялась в Израиле, прошла… как это в России говорят, все круги ада, — неторопливо продолжала Алекс. — Назад в то время не брали. Потом ей повезло, удалось эмигрировать в Америку. Тогда в принципе многие специально ехали в Израиль, чтобы потом переехать подальше: в Канаду или Штаты. Ну а ей просто деваться было некуда… Взяла она меня за руку, сунула в сумку эти акции — и полетела на другой конец света. Там поначалу тоже досталось… Но уже не так, конечно. А еще лет через пять маме вдруг предложили за те отцовские бумаги два миллиона долларов. Два миллиона! Человеку, для которого и сто долларов казались огромными деньгами. Она, конечно, тут же продала. Правда, потом выяснилось, что ей дали ровно в два раза меньше, чем они стоили. Но это уже было не так важно. Полученных денег хватило, чтобы начать свое дело. Мама к тому времени уже стала закаленная и хорошо говорила по-английски. Из Тимофеевой она превратилась в Тим, проконсультировалась, создала компанию и пошло-поехало… И все в цвет! Как в мексиканском сериале. Только на самом деле… Все было гораздо сложнее.

Саша взглянула на сестру.

— Ну все, Алекс, на сегодня хватит! Ты уже падаешь, на манер потерпевшей крах акции. Завтра договорим. Слишком много впечатлений для одного дня. Давай укладываться баиньки…

Когда сестра заснула, Саша осторожно, на цыпочках, босиком вышла в переднюю. И бесшумно вытащила из сумки Алекс ее паспорт и все остальные документы.

Теперь счет пошел на минуты… Ей надо было торопиться… Игорь сказал правильно — думать больше некогда, нужно действовать…

Аэропорт Шереметьево-2 встретил Сашу утренним гомоном и теплом начинающегося дня. Но ее слегка колотило, и эту дрожь не удавалось унять ничем. Она не видела вокруг никого и ничего — ни торопливых пассажиров, ни ясного синего подмосковного неба, ни машин и автобусов…

Слегка подрагивающей рукой Саша протянула диспетчеру авиабилет и платиновую кредитную карточку.

— Мне необходимо улететь раньше. Я готова любой компанией. Я доплачу пеналти.

Ее голос сорвался. Сейчас ее засекут, поймают, отправят в милицию… А потом за решетку, как воровку, попытавшуюся обокрасть собственную сестру… Какой позор…

Саша на секунду зажмурилась от ужаса.

Авиакассир оторвалась от компьютера, сделала вклейку в билет и, улыбаясь, протянула его Саше.

— Все в порядке. У вас бизнес-класс. В Амстердаме стыковка два часа двадцать минут.

— Спасибо… — пробормотала ошеломленная Саша.