— Ну, я так называл когда-то нашу маму. Александру. Сашу. Это полное имя. В честь дня рождения.
— А мне нравится. Красиво! — мечтательно произнес Гоша. — Да, мам?.. Алекс!
Она улыбнулась, взяла в руки свой портрет и указала на карандашные круги вокруг головы.
— А это что такое?
— Это у тебя веревка на голове. С нашего балкона, — объяснил Гоша. — Я сам видел, как ты ее завязывала. Вышло здорово!
И снова вечером они остались вдвоем за маленьким кухонным столом… На столе — остатки торжества. В бутылке — немного шампанского.
— Спасибо вам за праздник, — сказала задумчивая и размякшая Алекс. — Все было замечательно. А где ты достал деньги?
— За статью наконец заплатили, — объяснил счастливый Женя.
— В журнале кончился кризис?
— Нет. Просто пришлось ударить кулаком по столу. И пообещать точно так же стукнуть кому-нибудь по физиономии. — Он усмехнулся. — Сказал, что буду дважды в день приводить к ним на завтрак и обед одичавшего голодного ребенка. И деньги сразу нашлись. А мне понравилось мое новое поведение, а главное — результат.
Они чокнулись и выпили. Алекс поставила бокал.
— А я пьяная! Я ведь вообще не пью. Особенно шампанское. У меня от него в животе… как это по-русски? Не знаю… ну, как иголки.
— Пучит? — усмехнулся Женя Алекс обрадовалась.
— Точно! Пучит! Мама как-то произнесла такое слово, и я все хотела узнать, что это значит, да не могла вспомнить. — Она улыбнулась. — А теперь вспомнила. Из-за вашего шампань. — Она взглянула на этикетку. — Между прочим, не хуже «Вдовы Клико» — такая же дрянь колючая.
Алекс поставила бутылку на стол и помолчала. И выпалила внезапно:
— Почему же не звонит Джеф?
— Знаешь, а я уже боюсь, что он позвонит, — медленно отозвался Женя и смущенно поправил очки.
Алекс внимательно посмотрела на него. Она уже начала кое-что понимать. Но… Здесь слишком много всяких «но»…
— Послушай, ты мне невероятно симпатичен. И Гошку я полюбила, — мягко начала она. — Но не могу же я жить здесь до конца дней своих и переводить тексты! Одна радость — фильмы наконец настоящие увижу, не те, что у нас показывают.
— Я понимаю… — потерянно пробормотал Женя, уткнувшись расстроенными «глазами в стол. Повисло короткое молчание. — Как все смешалось! До сих пор не могу поверить, что Сашка убежала.
— Да, в это поверить трудно, — согласилась с ним Алекс.
Я все время прокручиваю в голове тот день… — продолжал Женя. — Мне кажется, что это я в чем-то виноват. Сделал что-то не то, подтолкнул ее к такому дурацкому и дрянному поступку.
— Ты не виноват, — убежденно ответила Алекс. — Моя сестра просто устала и захотела шикарной жизни, не зная, что и там все очень-очень непросто. И вообще роскошную жизнь нельзя получить просто так, ее надо завоевать.
— Саше на самом деле было трудно со мной.






