ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие романа разворачивается в X веке на севере Франции, где воинственный викинг Ролло создает новую державу, тесня франкских властителей.Его пленница Эмма, живая и очаровательная, – единственна... Принцесса викингов Симона Вилар Глава 1 909 год от Рождества Христова Ложе было широким, с вырезанными в изголовье по скандинавскому обычаю лошадиными головами. Пушистый песцовый мех покрывал его сплошной серебрящейся массой, спускался к плитам пола пышными хвостами. Здесь, у коротких точеных ножек ложа, валялось скомканное второпях платье из золотой парчи и тяжелая мужская одежда из кожи, грубые сапоги со шнуровкой, мощный меч, в рукояти которого кровавым огнем рдел рубин. А на ложе, сплетясь в жарком объятии, ритмично двигались два обнаженных тела. Наконец мужчина глухо застонал сквозь зубы, и тотчас ему ответила женщина – коротко взвизгнув, она изогнулась, урча, как дикий зверь, – и опала, погрузившись в мех. Теперь они лежали, тяжело дыша, и лишь холодные порывы ветра, влетавшие в распахнутое узкое окно, сливались с их дыханием. Мужчина приподнялся на локтях и откатился, перевернувшись на спину. Закрыв глаза, он еще какое-то время лежал, успокаивая дыхание. На светлом фоне ложа его мускулы выделялись особенно рельефно, мощная грудь вздымалась. Приподнявшись, женщина с тихой полуулыбкой вгляделась в него. В этой улыбке светилось торжество. Мелкие, как у хищника, зубы блеснули сквозь полуоткрытые чувственные губы. Глаза были необычные – широко расставленные, миндалевидного разреза, один – светло-голубой, другой – блестящий, аспидно-черный. – Сама Фрейя кружит нас, не так ли, Рольв? Она провела рукой по его резко очерченному лицу, по сильному подбородку, шее, запустила пальцы в разметавшиеся темно-русые волосы. – Что ты сказала? – не открывая глаз, спросил он. – Я говорю, что боги создали нас друг для друга. И словно не веря в то, что сказала, женщина спросила: – Ты люб

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ролло знал, что она тоскует по набегам, по той поре, когда они вели жизнь морских викингов, еще не ведая, что когда-либо осядут в стране франков. Но то время ушло. Снэфрид порой принималась просить его покинуть эту землю, которую невзлюбила с первых дней. Он же быстро пустил здесь корни и теперь ощущал ее своей.

Не глядя на жену, Ролло проговорил:

– Мне удалось вернуть Глитнир лишь в Нанте, где старый Гвардмунд укрылся от меня. Не беда, он поплатился за то, что посягнул на оружие, принадлежащее роду Пешехода.

– Я знаю. Ведь ты привез голову старого негодяя. Почему ты не показал ее мне?

Ролло молчал. Тогда Снэфрид сказала:

– Ты велел передать ее рыжей Эмме, племяннице герцога Роберта. И это я знаю. Но тут мой бедный разум отказывается служить мне. Зачем христианке такой подарок?

Ролло молча жевал. Затем негромко проговорил:

– Я был пленником Гвардмунда и его сына Герика. Она должна была знать, что я никогда не оставляю неисполненным то, что обещал, и всегда отвечаю новым ударом на поражение.

– Вот как? Тебе так важно было убедить в этом рыжую франкскую девку?

Ролло не ответил. Всегда, когда речь заходила о девушке, привезенной им для младшего брата, между ними возникала странная напряженность. И Ролло стало легче, когда он увидел, что Снэфрид отвернулась и стала перебирать привезенные им подарки: золотые запястья, ожерелья, ткани, меха. Она ласково гладила связки беличьих шкурок, улыбаясь, разглядывала снежно-белых горностаев, дула на пушистый огненно-рыжий мех лисы. Такой, как волосы его пленницы, захватив которую, он выторговал у Роберта Нейстрийского мир на весь этот год. Он вдруг отчетливо вспомнил ее огненную гриву и гневный взгляд темно-карих, нечеловечески огромных глаз, глубоких и искрящихся. Неожиданно он вздрогнул, заметив, что Снэфрид наблюдает за ним. Ему порой казалось, что его жена догадывается, что значит для него рыжая пленница, Эмма, племянница его соперника и первого врага Роберта Нейстрийского. Да, Снэфрид порой видела его насквозь своими странными разноцветными глазами. Его люди называли ее Белой Ведьмой, но Ролло только злился, когда слышал это. Снэфрид любит его, она ему верна. И он бережет ее, никогда не причинит ей боль. Что же до рыжей Эммы… Она как дикий зверек, которого он так и не смог приручить. Она забавляет его, к тому же благодаря ей он может влиять на Роберта. Герцог никогда не посмеет рискнуть жизнью дочери обожаемого покойного брата – короля Эда. Так, он согласился на перемирие, предложенное Ролло, поставив единственное условие – чтобы никто не узнал, что невеста брата Ролло происходит из рода Робертинов. Для всех она всего лишь Эмма из Байе. Птичка, которая волшебно поет.