ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бэл, вынужденная разорвать помолвку с женихом, попадает в объятия преуспевающего бизнесмена. Новый роман стремительно движется к свадьбе, и в этой стремительности Бэл чудится что-то неладное. Реванш Ли Уилкинсон ГЛАВА ПЕРВАЯ Обеденное время подходило к концу, но тихий ресторанчик все еще был полон посетителей. Бэл Грант только что оплатила счет и собиралась уходить, как вдруг за столиком в углу заметила Мортимера Хармена, секретаря их фирмы. Она поспешила отвести взгляд. Бэл не только не симпатизировала, но и не доверяла Хармену, поэтому всегда старалась по возможности избегать его. Он был довольно красив, держался самоуверенно и широко улыбался, полагая, что этого вполне достаточно, чтобы все женщины сходили по нему с ума. Бэл по нему с ума не сходила. Даже во время деловых совещаний он словно раздевал ее своими прозрачными голубыми глазками. Поэтому сейчас ей меньше всего хотелось, чтобы он заметил ее и навязался в попутчики. Украдкой посмотрев в его сторону, Бэл удостоверилась, что Мортимер все еще увлечен разговором с брюнетом, сидевшим спиной к ней. Взяв сумку, она поспешила к выходу, как вдруг боковым зрением заметила, что Хармен встает из-за стола и вроде бы смотрит в ее сторону. Пробормотав «О Боже!», она скрылась в женском туалете. Ожидая, когда путь освободится, Бэл осмотрела собственное отражение в зеркале. Странно, но там она увидела отнюдь не трусиху. Зеркальные стены продемонстрировали ей стройную деловую женщину в темно-сером костюме и белой блузке. Блестящие светло-пепельные волосы уложены в аккуратный пучок, на овальном лице с маленьким носиком, пухлыми губами и слегка удлиненными зелеными глазами ни капли косметики. Хоть ее отец и владел косметической фирмой, в которой, кстати, работала и сама Бэл, краситься она не любила. Хорошо очерченные брови и ресницы намного более темного цвета, чем волосы, вместе с безупречной кожей делали это ненужным, за иск

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Через какое-то время он терпеливым голосом, окончательно взбесившим ее, сказал:

– Может, ты все-таки скажешь мне, что тебя так расстроило?

Какая тактика! – не могла не восхититься она. Вопрос совершенно невинный. На случай, если она все-таки ничего не узнала.

– А ты не догадываешься? – протянула она, с трудом сдерживая ярость.

– Даже представить себе не могу, – заверил он почти с упреком.

– А я не могу себе представить, почему согласилась выйти замуж за лжеца и негодяя!

Он продолжал молчать с непроницаемым выражением лица, и Бэл закричала в новом приступе злости:

– Ты специально напоил меня… Тебе совершенно наплевать на Родерика и его родителей, не говоря уж обо мне. Ты даже не подумал о том, в каком унизительном положении окажусь я. Ты заставил меня почувствовать себя такой…

– Я сожалею, – язвительно перебил он. – Но Родерик не пара тебе. Я не мог позволить…

– Кто дал тебе право решать, пара мне Родерик или нет?

– А разве не так? – Не дождавшись ответа, Эндрю продолжил: – Я знал, что ты предназначена для меня. И мне надо было каким-то образом разорвать ту помолвку.

– Но почему именно таким образом? Ты ведь даже не пытался понравиться мне.

– То есть я за тобой, выражаясь старомодно, не поухаживал?

– Любой другой мужчина на твоем месте…

– На моем месте… – он сжал ее предплечье, – ухаживать за тобой было бесполезно. Это право предоставлялось только жениху.

– Но ты поступил так бессердечно…

– Согласен, я пошел на крайние меры, но времени у меня было в обрез.

Эндрю попытался притянуть ее поближе, но она вывернулась, склонив голову. Настроение Бэл изменилось, вместо дикой ярости она чувствовала полную опустошенность.

– Ну же, Бэл, – упрашивал он, любуясь ее правильным профилем. – Не надо ссориться. Забудем прошлое. Ты же сама призналась, что не вернулась бы к Бентику. Ты носишь мое кольцо, и менее чем через сорок восемь часов мы станем мужем и женой.

– Ты, кажется, слишком уверен в своей победе… – (Что-то в ее голосе заставило Эндрю взглянуть на нее с опаской.) – А я нет! Мне не хочется выходить за тебя замуж. – Она начала медленно снимать изумруд. – А что касается твоего кольца, то его очень легко вернуть.

Однако это оказалось отнюдь не легко – схватив ее руку, Эндрю втиснул кольцо на место с такой силой, что чуть не сломал ей палец.

– Мне больно, отпусти, пожалуйста, – несмотря на строптиво вздернутый подбородок, голос ее предательски задрожал.

Не сводя с нее пристального взгляда темно-серых глаз, он потребовал:

– Не трогай кольцо!

Оставив изумруд в покое, Бэл встала, и он отпустил ее руку.

Гордо повернувшись к нему, она объявила:

– Я иду спать в одну из гостевых спален.

Схватив Бэл за руку, он повернул ее к себе лицом.

– Будь я проклят, если ты это сделаешь! Ты уже дала согласие.