ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бэл, вынужденная разорвать помолвку с женихом, попадает в объятия преуспевающего бизнесмена. Новый роман стремительно движется к свадьбе, и в этой стремительности Бэл чудится что-то неладное. Реванш Ли Уилкинсон ГЛАВА ПЕРВАЯ Обеденное время подходило к концу, но тихий ресторанчик все еще был полон посетителей. Бэл Грант только что оплатила счет и собиралась уходить, как вдруг за столиком в углу заметила Мортимера Хармена, секретаря их фирмы. Она поспешила отвести взгляд. Бэл не только не симпатизировала, но и не доверяла Хармену, поэтому всегда старалась по возможности избегать его. Он был довольно красив, держался самоуверенно и широко улыбался, полагая, что этого вполне достаточно, чтобы все женщины сходили по нему с ума. Бэл по нему с ума не сходила. Даже во время деловых совещаний он словно раздевал ее своими прозрачными голубыми глазками. Поэтому сейчас ей меньше всего хотелось, чтобы он заметил ее и навязался в попутчики. Украдкой посмотрев в его сторону, Бэл удостоверилась, что Мортимер все еще увлечен разговором с брюнетом, сидевшим спиной к ней. Взяв сумку, она поспешила к выходу, как вдруг боковым зрением заметила, что Хармен встает из-за стола и вроде бы смотрит в ее сторону. Пробормотав «О Боже!», она скрылась в женском туалете. Ожидая, когда путь освободится, Бэл осмотрела собственное отражение в зеркале. Странно, но там она увидела отнюдь не трусиху. Зеркальные стены продемонстрировали ей стройную деловую женщину в темно-сером костюме и белой блузке. Блестящие светло-пепельные волосы уложены в аккуратный пучок, на овальном лице с маленьким носиком, пухлыми губами и слегка удлиненными зелеными глазами ни капли косметики. Хоть ее отец и владел косметической фирмой, в которой, кстати, работала и сама Бэл, краситься она не любила. Хорошо очерченные брови и ресницы намного более темного цвета, чем волосы, вместе с безупречной кожей делали это ненужным, за иск

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Догадавшись о перемене ее настроения, он раскрыл объятия, и Бэл бросилась в них с таким чувством, будто возвращалась домой.

Но когда она встала на цыпочки и подняла к нему лицо, он, вместо того чтобы поцеловать ее, демонстративно отвел голову и пристально взглянул на нее.

Ей сделалось неуютно от этого взгляда.

– Разве ты не хочешь, чтобы я поцеловала тебя?

– Предложение, конечно, очень лестное, но поцелуй заведет нас куда не следует… Ты же сказала, что не имеешь никакого желания спать со мной сегодня…

– До тех пор, пока все не обдумаю.

– Ну и как? Обдумала все?

– Да.

– И что решила?

– Воспользоваться твоим советом и забыть о прошлом.

По удовлетворению, промелькнувшему в его глазах, она поняла, что именно это он и надеялся услышать. Но когда он сказал: «Так и быть, можешь поцеловать меня», она поняла, что наказания ей не избежать.

– Не уверена, что еще хочу этого.

– Зато я уверен, что хочу.

Он запустил пальцы в ее густые шелковистые волосы и, держа ее лицо в своих руках, стал медленно приближаться к ее губам, пока не коснулся их. Она никак не отозвалась на это легкое прикосновение, и губы Эндрю проследовали от горла к впадине за мочкой ее уха. В его ласках появилось что-то судорожное и почти жестокое, предупредившее ее о бесполезности сопротивления.

Когда его рот накрыл наконец ее губы, поцелуй получился грубым и властным. Умелая рука блуждала по телу Бэл, лаская наиболее чувствительные точки. Желание, волна за волной, накатывало на нее, увлекая за собой с неудержимой силой.

К тому времени, когда он поднял ее и отнес на кровать, она изнемогала от желания. Сбросив махровый халат, Эндрю лег рядом, и Бэл притянула его к себе.

Одним движением соединив их тела, он замер, а в ответ на ее удивленный взгляд улыбнулся и объяснил:

– На этот раз я хочу смотреть в твои глаза и видеть, что делает с тобой моя любовь.

Держа ее взгляд, он начал медленно двигаться, останавливаясь, только если она снова закрывала глаза.

– Смотри на меня, – тихо требовал он.

Она повиновалась, удивляясь его прихоти. Видимо, он решил покорить не только ее тело, но и душу.

И покорил. Это были самые потрясающие мгновения в жизни Бэл, ей казалось, что, если он сейчас уйдет, она может умереть.

Но он нежно обнял ее, искупая всю проявленную до этого резкость, и она с удовольствием устроилась у него на груди.

Наступило блаженство. Счастье. Покой.

В этом состоянии Бэл провалилась в глубокий сон.

* * *

Когда она проснулась, был уже яркий день. Она лежала одна в большой уютной постели. Тюлевая занавеска качалась, подгоняемая теплым ветерком из открытого окна. Где-то далеко внизу слышался рев машин, проносящихся по Парк-лейн.

На часах была половина девятого, а тишина в квартире доказывала, что Эндрю уже ушел.