ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Предисловие напишу позже. Есть причины. А пока читайте то, что есть. Чужак Игорь Дравин Пролог Хмурое осеннее утро. Свет едва пробивается сквозь мутные разводы на стекле. Я встал с кровати и подошел к окну. Настроение и, что важнее, самочувствие полностью соответствовали увиденной окружающей действительности. Серые комья ноздреватого снега, большая лужа перед входом в подъезд. Интересно, от вчерашнего банкета что-то осталось? Я подошел к галерее бутылок около кровати. Так, водка — пустая. Баллон пива — пустой. Банка пива — что-то есть. Несколько глотков теплого, выдохшегося напитка не убрали мерзкий привкус во рту и не подняли настроение. — Ни уму, ни сердцу, правда, алкаш? Ну вот, еще мысли посторонние в голове бродят. — Радуйся, что есть пока где бродить. И чего она привязалась? -Надо вот и привязалась. Здравствуй шиза. Вот последствия неумеренного потребления спиртного. Допился. Пока еще мысленно сам с собой разговариваю. Потом вслух с собой ругаться начну, дальше больше. Интересно, соседи скорую вызовут раньше, чем на людей бросаться начну или как? А потом здравствуй белый дом, прием посетителей по выходным, если ты не буйный. — И пиво в дурке не наливают, да и с сигаретами напряженка. Так, а может, это уже горячка белая началась и где тогда зеленые чертики. Нету. Ау беленькая, я так не играю, если горячка подать сюда чертей, для комплекта ощущений. Ладно, я не привередливый, нет в запасниках чертиков, согласен на человечков, но чтоб зеленых, других я принципиально не терплю. — И не горячка я совсем, тем более, белая. Ты до такой степени еще не допился. Но ничего, уж это поправимо, пара тройка дней и привет, нас будет уже трое. Я, ты и беленькая. Ну вот и буду тебя «Я» называть, кстати, пора в магазин здоровье подправить. — Слушай, у тебя как крыша точно не поехала самого себя «Я» называть? А насчет магазина мысля здравая. Нет, тот

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мужик оказался, совершенно невменяемым и мне пришлось сначала отправить его в больницу, а потом поднимать общий отдел. Обошлось. Для мужика обошлось. Он не искал подходы ко мне. Подобных случаев было достаточно, пока ты не перебесилась. А твоя любимая привычка, разругавшись с очередным парнем мчаться через весь город ко мне. Обычно это случалось почему-то ночью. Брату можно поплакаться в жилетку на всех этих козлов мужиков, а четыре часа утра какая мелочь. Вот мужики — козлы. Ты тоже, но тебе можно. Ты хороший козлик. А в это время на кухне готовила кофе моя … Стоп. Хватит. Не думать.

— Правильно сделал, что сбежал, — ворвался в мои уши голос сестренки. — Я бы тоже сбежала. Честно, честно.

Счастливая Дуняша-Вика стояла рядом и держала меня за руки.

— Если папка будет со мной так себя вести, то я сама сбегу. Но он не будет. Я сама все буду решать и сделаю так, как захочу. Влад у меня есть трое парней. Нет, ты не правильно понял. Ничего не было. Приходят, смотрят на меня, вздыхают и становятся такими смешными. Цветами меня всю задарили, пока я не сказала прекратить это. Все подружки уже смеятся стали. А они все гулять зовут. Больше ничего. Папа всем сказал, что голову любому оторвет. Папу здесь уважают и боятся. Сказал — сделает. А куда здесь пойдешь? Ни вечеринок, не потанцевать на площади. Твари совсем замучили. Они хорошие. Парни хорошие. Один охотник Глав Медведь. Высокий, красивый сильный…

Боже, даже голос ее. А это машинальное поправление челки. Вика, ведь от тебя я бегал последнее время. Менял одну съемную квартиру на другую в знакомых местах. Номер телефона менял. Я не хотел, чтобы ты видела меня таким. А ты один раз ухитрилась меня найти. Глядя на твои слезы, я дал самые страшные клятвы, а потом сбежал.

— А Арн ему и говорит, что скоро может стать сотником. Он хочет жениться на мне и увезти далеко, далеко. Вот. Но самый настойчивый — это Абу Берас. Он зовет меня третьей женой. Он хороший. Так свой дом и сад расписывает. Древа усыпаны плодами, склоняют ветви пред тобой. Цветы нектаром провожают твой каждый шаг… Он там еще что-то говорил, но я не запомнила…

Те же проблемы. Все ясно. Я сейчас лежу в больнице под капельницей. Бред воспаленного мозга, вот, что со мной происходит. Логично. Это все бред, сопровождаемый тактильной и остальными иллюзиями. Вика полное этому доказательство. Ее здесь быть не может.

—

Ты видишь Вику в своем бреду? Присмотрись к ее шее, векам, уголкам глаз и губ. Быстро!

Я присмотрелся. Действительно, едва заметные штрихи можно было заметить только чрезвычайно внимательным взглядом. Взглядом человека, который досконально знает черты рассматриваемого. Это была не Вика. Вике двадцать четыре. Дуняша слегка моложе. Это могу заметить только я. Никто другой бы этого не увидел. Дальше.