ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что бывает, когда в горах видишь белого тигра, а охотник за головами выходит за порог в самую длинную ночь в году? Почему танцуют скелеты на кладбищах и чем грозит гнев духов во время праздника? Ст... Шанс Алексей Юрьевич Пехов Елена Бычкова, Наталья Турчанинова СНЕЖНЫЙ ТИГР Мягкие хлопья снега, медленно кружась в свете уличных фонарей, падали на мостовую. Белые хлопья, похожие на бесшумных ночных бабочек… Этот снег всегда был желанным дополнением городского пейзажа и моего романтического настроения — время снежных садов и тихих вечеров… Но сейчас все не так. Нет ажурных снежинок, танцующих вокруг фонаря. Ничего нет. Даже неба не видно в этой безумной метели. Снег и ветер словно сошли с ума, соревнуясь в одном-единственном стремлении — свалить меня с ног, оглушить, ослепить, похоронить в белых сугробах… Я продолжал идти вслепую. Меня поддерживало только инстинктивное желание — удержаться на ногах. Если я упаду, то уже не смогу подняться… Я смертельно замерз, невыносимо устал, но бурану, сбросившему в пропасть мою палатку, нужно было завершить начатую работу, и он играл мной уже несколько часов. Сначала лишь несильно подталкивал в спину, бросая пригоршни колючего снега в лицо. Потом заметался поземкой по бескрайним сугробам, взвыл сильнее, сбивая с ног… А дальше и эта игра надоела. Снег повалил сплошной стеной, и в глухой темноте я окончательно потерял дорогу. Рано или поздно у меня не хватит сил сделать еще один шаг. Снова шевельнулась предательская мысль о сладком покое и мягкости этих сугробов. Нужно только закрыть глаза и позволить ветру бережно уложить себя в снежную постель. Ноги словно налились свинцом, перчатки исчезли вместе с палаткой, и я уже давно не чувствую рук… Снежные бабочки вокруг уличных фонарей… Великое облегчение, почти блаженство снизошло на меня, когда я понял наконец, что нет смысла бороться дальше, и сил тоже нет. Колени подкосились, и я медлен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он изрек последний приказ и исчез, не попрощавшись. А я побрел по улице, не глядя по сторонам, пребывая в состоянии глубочайшего шока. Какая глупость! Зачем мне состязаться с собственным братом, который, надо признаться, действительно сильнее. Сильнее в плане глобального контроля над миром и судьбами людей. Да и задачи у нас разные. Фем обожает справедливость, мне нравится неожиданный поворот событий в человеческой жизни, а Рок любит стабильность. Только в разумном соединении равновесия, случая и порядка может существовать гармония. И я не сумасшедший, чтобы нарушать ее.

Хотя, может быть, именно сейчас и нарушаю тем, что связался с человеком?

Я сам не заметил, как добрался до парка. Там опустился на первую же попавшуюся скамейку и задумался.

Забавно, когда хочется пофлиртовать с незнакомым человеком — моя изменчивая сущность принимает женский облик, а когда возникает необходимость поразмыслить — мужской. Машинально я запустил руку в карман, вытащил золотую искорку и стал развлекаться тем, что подбрасывал ее на ладони…

Нарушать гармонию не хотелось.

Но у меня было оправдание. Я хотел помочь человеку, мне не дали это сделать, но я все равно помогу ему.

Шанс очень своенравный и упрямый бог.

Я улыбнулся этой мысли и одновременно хорошенькой румяной девочке лет пяти, проходившей мимо скамейки в сопровождении матери. Девчушка рассмеялась в ответ, заглянула мне в лицо, а потом вдруг ловко схватила с ладони золотую искру и бросилась бежать, звонко хохоча и оглядываясь через плечо. Я тоже рассмеялся и помахал ей.

Вот почему детям всегда везет. Они знают, как надо обращаться со своей удачей. Хватают ее, словно блестящую игрушку, пока Шанс, зазевавшись, смотрит в другую сторону.

Эпизод с девочкой развеселил меня. И думать стало легче…

Я хотел подбросить Константину немного успеха в благодарность за его музыку. Он так играл, что мне захотелось сделать для него что-то приятное… Стоп! Меня вдруг прошиб пот, когда я понял, до чего дойду сейчас. Вот оно, первое мое нарушение гармонии. Все люди должны быть равны передо мной. Одинаковые, безликие маски, которым я, не глядя, раздаю удачу и невезение. Их может получить достойный, а может отъявленный негодяй. Мне все равно, кому дарить их.

Должно быть

все равно, а я выделил из толпы одного-единственного человека, который показался достойным. Я нарушил собственные правила игры. Не подчинился силе, которая управляет и мной тоже…

Справедливость и равновесие. Мне вдруг представилось, как зеркало Фема вырывается у него из рук, чтобы невидимым щитом отгородить от меня музыканта, не давая тому получить заслуженную удачу… Заслуженную. Незаслуженную он бы получил легко… Вот тебе и равновесие. Нелегко понимать, что ты не всесилен и на тебя, бога, тоже действуют строгие законы.