Территория освещалась прожекторами, установленными на трехметровых столбах.
Строения были прочными, но в целом комплекс имел какой-то временный вид, словно армейский лагерь. Единственным признаком стабильности была темная, похожая на крепостной ров, полоса растительности, специально высаженной вокруг внешних стен зданий. По периметру – проволочная сетка, поверх нее – колючая проволока. К строениям вела единственная грунтовая дорога, а у крепких на вид ворот стоял, облокотившись на них, мужчина. Недалеко от группы зданий они разглядели большой газовый резервуар и маленький сарайчик, из которого доносился тихий стук генератора и время от времени слышалась испанская речь.
Бер достал полевой бинокль и внимательно осмотрел местность.
– Полностью автономный лагерь, – отметил сыщик, затем перевел бинокль на человека у ворот. – Этот парень – охранник. У него пистолет в кобуре на поясе.
Бер обратил внимание Пола на то, что темная полоса вокруг строений – это очень близко посаженные друг к другу эхинокактусы-тексенсек, «калечащие лошадей», которые затрудняют свободное перемещение между зданиями.
На стоянке четыре машины: запыленный «форд-бронко», блестящий внедорожник «ниссан-армада», старый седан «форд» и какая-то японская машина – похоже, «хонда-сивик». За зданием виднелись и другие машины, но ни модели, ни номерные знаки различить было невозможно. Бер достал записную книжку, снял зубами колпачок ручки и переписал номера машин.
Пол же надеялся, что сыщик своим наметанным глазом определит слабые места этого комплекса, потому что ему это не под силу.
Дверь главного здания открылась, и на улицу вышел полный мужчина с двумя большими собаками, которые буквально рвались с поводков.
– Ротвейлеры? – спросил Пол, напряженно вглядываясь в темноту.
– Хуже, – ответил Бер, который сразу определил их породу. – Это преса-канарио – португальские бойцовые собаки.
Животные присели у кактусов, сделали свои дела, и мужчина увел их в дом. На улице они больше не появились.
Бер передал бинокль Полу, и тот надолго припал к окулярам. Звук открывающейся двери заставил его перенести обзор на главное здание, из которого как раз выходили двое мужчин. Белые, судя по всему, американцы, лет под пятьдесят, в повседневной одежде, слегка покачиваются – явно подшофе. Они молча прошли к «ниссану», завели мотор и поехали. Охранник открыл ворота и поднял руку, прощаясь с отъезжающими. Машина скрылась в ночи, ворота закрылись, и все вроде стихло, пока из главного здания не появились еще двое мужчин, правда, сложением помельче, чем охранник и собачник. Между ними шел довольно высокий, но худой темноволосый смуглый мальчик лет шестнадцати в спортивном костюме.






