ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если «Черный Дьявол» свидетельствовал о рождении нового таланта, то роман «В горах Тигровых» показал зрелость этого таланта, его серьезность и перспективность. Иван Басаргин смело свернул с проторе... Иван Басаргин В горах Тигровых Предисловие Иван Ульянович Басаргин не дожил и до пятидесяти лет, но запаса его впечатлений хватило бы на две жизни. Уроженец Приморского края, он с детства познал тайгу со всеми ее тайнами: работал золотодобытчиком, охотником-промысловиком, водил баркасы по бурной Зee, был шофером, рабочим-металлистом, культработником, учителем, газетчиком. Немало успел он и в литературе, хотя писать начал уже в зрелом возрасте. Его перу принадлежат два сборника рассказов, а также повесть «Черный Дьявол» и роман «В горах Тигровых», представленные в этой книге. В романе на протяжении десятилетий прослеживается судьба русских переселенцев, освоивших и защитивших от иноземцев Приамурье и Приморье. Главные герои романа — династия бунтарей пермяков Силовых, предводителей пестрой крестьянской вольницы, которая и положила начало заселению диких таежных земель. Повесть проникнута социальным протестом против несправедливости общества дореволюционной России. В центре повести — грабитель и убийца Степан Безродный, охотник Макар Булавин и умная благородная собака с волчьей кровью. «Черный Дьявол» — наиболее популярное сочинение И. Басаргина. Печатается по изданиям: Иван Басаргин. В горах Тигровых. «Советский писатель», 1974. Иван Басаргин. Сказ о Чёрном Дьяволе. «Молодая гвардия», 1971. Предисловие, сост., оформл., илл. Западно-Сибирское книжное издательство, 1981 Жизнь без повторов 1 «Душа никогда не умирай, — с мудрым простосердечием говорил друг и наставник автора этой книги старый ороч Арсе Зургулу. — Она всегда живи. Умирай ее дом…» Домом души Арсе считал тело. Из одного дома душа переселяется в другой. Возражений на это свое наивное утверждение он не принимал, т

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В свое время, оценивая заслуги В. Арсеньева перед советской литературой, Максим Горький подчеркнул, что певцу Уссурийского края «удалось объединить в себе Брэма и Фенимора Купера». Удалось это сделать и автору «Черного Дьявола». Вслед за А. Куприным, Р. Киплингом, Д. Лондоном и другими замечательными писателями, но на своем материале, со своей интонацией, он поставил в центре повести умную благородную собаку, наделил ее человеческой душой. Благодаря такому ракурсу, повесть читается с неослабевающим интересом. События в ней развиваются стремительно, постоянно таят в себе неожиданность.

В действительности это не что иное, как сказ. С первых же страниц начинает звучать народно-поэтическая интонация: «Иной человек что снег: упал снежинкой с неба, смешался с другими, коротал холодную зиму с собратьями, пришло время, растаял, ушел в реки с вешними водами. Но другой может быть и камнем-глыбой, что упала со скалы и будет лежать сотни лет, врастать в землю, а пройдут годы, ее снова обмоют дожди, обдуют ветры, и глыба выйдет из земли во всем своем величии…»

Повесть щедро пересыпана иносказаниями, символами. Символы эти легко читаются в именах, названиях населенных мест, в описаниях природы и людей.

Но, пожалуй, главное, что поначалу неосознанно перенял Басаргин у безымянных создателей былин и сказаний, — их простодушие, стремление к сгущенности образа. Сказ тем и отличается от обычного повествования, что в нем характеристики противоборствующих сил даются намеренно прямолинейно — без этого борьба Добра со Злом заметно теряет наглядность и поучительность.

Басаргину удалось создать произведение взволнованное, поэтическое, с яркими характерами, с сильными страстями. Некоторые критики упрекали его в излишней склонности к натурализму, в упрощении тех или иных образов, оценок, в известной театральности, декоративности пейзажей, нарочитости ситуаций. Вероятно, в отдельных случаях с ними можно согласиться, но далеко не во всем. И прежде всего потому, что они не учли главного — установки писателя именно на сказочность.

Повесть о Черном Дьяволе помогла Басаргину найти свою писательскую манеру, услышать собственный голос, уточнить тему.

Дорабатывая роман «Дикие пчелы», Басаргин почувствовал необходимость вновь вернуться ко времени наиболее массового заселения и освоения Приамурья. Ведь не только старообрядцы пришли сюда тропой изгоев, не только землепроходцы и солдаты, но и беглые крестьянские вольницы с Камы-реки, из других мест «низовой России».