ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бенджамин Джонсон (ок. 1573 – 1637) - английский поэт и один из трех крупнейших – наряду с Шекспиром и Марло – драматургов елизаветинской эпохи. "Алхимик" (1610) - комедия, разоблачающая власть зо... ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Сатл, алхимик. Фейс, дворецкий. Дол Коммон, их сообщница. Деппер, клерк адвоката. Дреггер, торговец табаком. Лавуит, хозяин дома. Сэр Эпикур Маммон, дворянин. Пертинакс Серли, игрок. Трибюлейшен Хоулсом, пастор из Амстердама. Анания, диакон оттуда же. Кастрил, забияка. Госпожа Плайант, его сестра, вдова. Соседи. Пристава, слуги и прочие. Действие происходит в Лондоне. И травы, и растения, и зелья, И колдовство, и каверзы, и плутни Не обеспечили тебя тряпьем, Пусть даже самым жалким и невзрачным, Способным от любой заняться свечки, Кто поддержал тебя? Я все достал: Кредит на уголь, колбы, матерьялы, Я печь соорудил, нашел клиентов, В ход магию тебе помог пустить И дом отвел для опытов... Сатл Хозяйский!.. Фейс Где ты стал сводничать и преуспел В науке этой. Сатл Да, в хозяйском доме, Где прежде жили только ты да крысы! Чего пристал! Ты ведь и сам не промах! Кто в кухне закрывал окно пораньше, Чтоб пиво, предназначенное бедным, [2] Продать тайком повыгодней? А это, Да чаевые к рождеству, да деньги От игроков за карты и жетоны Тебе доход великий приносили Каких-то жалких двадцать марок в год; С таким доходом только и сидеть Тут с пауками - вот ты и сидел, С тех пор как умерла твоя хозяйка. Фейс Гад! Тише ты не можешь? Сатл Нет, мерзавец! Я в пыль тебя сотру, и ты узнаешь, Как связываться с Фурией, что бурю Несет в руках и голосе своем! Фейс Не мой ли дом тебе отваги придал? Сатл Нет, твой наряд! Да ты, ничтожный червь, Барахтался в навозе, как свинья! Никто с тобою, кроме пауков, А может быть, и кой-кого похуже, И знаться не хотел; ведь я тебя Отвлек от пыли, щеток и горшков, Развил, вознес высоко, воспитал И в третью сферу - сферу благодати [3] Определил;

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Фейс

Ладно, ваша милость.

Маммон

Но ты, конечно, будешь оскоплен.

Фейс

Само собою!

Маммон

Потому что я

Жен и наложниц заведу не меньше,

Чем сам царь Соломон, владелец камня

Такого же, как мой; а эликсир

Мужскую мощь мою стократ усилит,

И я смогу не хуже Геркулеса

В ночь выдержать до полусотни встреч.

(Фейсу.)

Ты в самом деле видел алый цвет?

Фейс

Да, сэр, и кровь, и образ я увидел.

Маммон

Я воздухом велю надуть перины

Пух слишком тверд, а в комнате овальной

Увешать я все стены прикажу

Картинами, которые когда-то

Тиберий из Элефантины вывез,

[25]

А после их копировал бесстрастно

Скучнейший Аретин.

[26]

На зеркалах

Велю как можно больше сделать граней,

Чтоб множить бесконечно отраженья,

Когда, нагой, расхаживать я буду

Среди наложниц. Аромат курений

Туманной мглою будет полнить воздух,

И мы потонем в ней. В мои бассейны

Бездонные, как в пропасть, буду падать,

А выйдя, тело осушать начну,

По лепесткам душистых роз катаясь.

(Фейсу.)

Так он уж приближается к рубину?

(В прежнем тоне.)

А встреться мне богатый горожанин

Иль адвокат, женатый на красотке,

Прелестной скромнице,- таких мужей

Я тысячею фунтов награжу

За то, что дам им титул рогоносцев.

Фейс

А я им эти деньги отнесу.

Маммон

Нет, ты не сводничай. Для этой цели

Отцов и матерей я приспособлю,

Они уж тут в лепешку расшибутся.

Я наберу себе льстецов из самых

Достопочтеннейших духовных лиц,

Которые на золото польстятся.

Мужей ученых приглашу к себе

В шуты. Поэтов подберу из тех,

Которые писать умеют с толком

О всяких непристойностях: пускай

И у меня на ту же тему пишут.

А тех немногих, кои выдают

Себя за первых жеребцов столицы

И клеветой марают честных женщин,

Чья чистота не подлежит сомненью,

Тех в евнухи возьму. Дам веера им,

По десять страусовых перьев в каждом,

Пускай лицо обмахивают мне

Недаром мы владеем эликсиром!

Еду себе велю я подавать

В индийских раковинах и на блюдах

Агатовых в оправе золотой,

С узором из сапфиров, изумрудов,

Рубинов... Языки сурков и карпов,

Верблюжьи пятки в соусе жемчужном,

Отваренные с золотою пылью,

Диетою Апиция мне будут

[27]

Против падучей. Я бульоны эти

Есть буду ложками из янтаря

С отделкой из гранатов и брильянтов.

Питанье грума моего составят

Лосось, фазан, миноги, куропатки,

Мне ж станут подавать взамен салатов

Бородки усача; грибочки в масле

Иль срезанные только что сосцы

Заплывшей жиром супоросой свинки

С изысканною острою приправой.

Я повару скажу: "Вот деньги! Трать

И получай сан рыцаря".

Фейс

Схожу-ка

Взгляну, как поднялось там, сэр.

Маммон

Ступай.

Рубашки шить велю я из тафты

Нежнейшей, легкой, точно паутина;

Что до других нарядов, то они

Принудят персов вновь затеять войны,

Как было встарь. А уж мои перчатки

Из рыбьей и из птичьей кожи - чудо,

Пропитанные воздухом Востока

И райскою камедью.