ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если человек родился в корзине терпящего бедствие воздушного шара, к гадалке ходить не надо — он вырастет авиатором. Тем более что отец Конора Брокхарта, будущего покорителя неба, капитан гвардии с... Авиатор Йон Колфер ПРОЛОГ Конор Брокхарт был рожден, чтобы летать, точнее говоря, рожден в полете. Хотя судьба Брокхарта пестрит фантастическими событиями, труднее всего поверить в рассказ о его первом полете летом 1878 года. Но тому были тысячи свидетелей. Сообщение о появлении Брокхарта на свет в корзине воздушного шара можно прочесть — за весьма умеренную плату — в архивах французской газеты «Ле пти журналь», доступных для любого любопытствующего в Национальной библиотеке. В газетной статье помещена черно-белая фотография, удивительно четкая для своего времени; ее сделал репортер, по счастливой случайности оказавшийся в тот момент в садах Трокадеро. [1] На этой фотографии легко узнаваемы капитан Деклан Брокхарт и его жена Кэтрин. Он, спокойный и статный, в малиновой с золотом форме снайпера Соленых островов; [2] она, потрясенная, но довольная — улыбающаяся. И здесь же, на руках у Брокхарта-старшего, — малыш Конор, со светлыми волосами отца и большим, умным лбом матери. От роду ему не больше десяти минут, однако благодаря игре света и тени кажется, будто его взгляд сфокусирован. Подобное вряд ли возможно. Но представьте на мгновение, что так оно и было: в таком случае первое, что увидел малыш Конор, — это летящее над ним безоблачное небо Франции. Стоит ли удивляться, что он стал тем, кем стал? Париж, лето 1878 года Всемирная выставка была самой впечатляющей за все годы своего существования — свыше тысячи участников со всех концов света. По настоянию короля капитан Деклан Брокхарт отправился с Соленых островов во Францию. Кэтрин по собственному желанию сопровождала мужа. Она была женщиной-ученым и желала собственными глазами увидеть шумно разрекламированную Галерею маши

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В следующий раз он поднимется в воздух как свободный американский гражданин, с новыми документами, спасибо Зебу Маларки. Летающую машину он разберет на части, увезет с собой и потом соберет где-нибудь в Небраске, или Вайоминге, или Калифорнии. Чем дальше от Соленых островов, тем лучше.

Конор надавил на рулёжную планку, разворачивая планер по широкой дуге. Пора сосредоточиться на деле, а не то он проскочит Малый Соленый. Еще две грядки сведы, еще два мешочка. Потом Отто купит себе свободу, и еще много останется. Хватит, чтобы спокойно и в безопасности жить в Америке.

Большой Соленый

Биллтоу и Пайк лежали, укрывшись за гребнем холма над мостом Себбер. Вокруг них в высокой траве были воткнуты разнокалиберные клинки.

— Вот этот секач — мой самый любимый, — с нежностью в голосе вещал Пайк. — Режет что угодно — рыбу, птицу, человеческую плоть. Даже кость может проломить.

Биллтоу, как обычно, возражал:

— Твой секач такой нескладный: приходится слишком высоко закидывать руку. По мне, чтобы пощекотать легкие, куда лучше вот эта красота.

Он постучал ногтем по длинному острому ножу для колки льда, который в ответ издал долгий звон.

— А я предпочитаю мою любимую саблю по имени Мэри Энн, — произнес за их спинами хриплый голос с ирландским акцентом.

— Тихо, ты, болван! — прошипел Биллтоу. — Летчик может появиться в любой момент.

— Ты же говоришь, — обиженно сказал человек.

— Я шепчу, — поправил его Биллтоу и спросил Пайка: — Какого черта ты привел этого идиота?

— Я смог взять с собой только трех тюремных охранников, — ответил Пайк. — А ты сказал, чтобы одолеть этого летчика, понадобится человек шесть, не меньше. Ну, я и подцепил Рози в пабе. Он успел выпить не больше литра пива.

— Ты же видел этого Летчика, — недовольно сказал Биллтоу. — Он по крайней мере метр восемьдесят ростом и вооружен до зубов. Чтобы захватить его, нам нужны зоркие глаза и быстрые руки, а не пьяные, красноносые пэдди.

Рози презрительно фыркнул.

— Ты сам пэдди,

[98]

Артур. Я могу срубить любого, кого ты мне укажешь. Давай посмотрим правде в лицо. Этот твой Летчик не реальнее, чем какое-нибудь привидение, верно?

Биллтоу так сильно закусил нижнюю губу, что щетина на подбородке задрожала.

— Привидение?

— Ну да. У тебя в мозгу. Призрак, от которого ты прятался в бочке.

— Ты разболтал ему, Пайки, — укоризненно сказал Биллтоу.

— Ты сам выболтал все в таверне. — Рози рассмеялся. — Рассказывал любому, кто хотел слушать, об этом дьяволе и несчастном маленьком Биллтоу в бочке. Нет никакого Летчика. Я здесь только потому, что мне посулили заплатить пять шиллингов. К чему все эти клинки, кстати? Одна пуля сделает свое дело.

— Нам необходимы эти клинки, ты, красномордый, отупевший от пива идиот! — вскипел от злости Биллтоу.