Сам хозяин ресторана, Лева Ашкенази, был вообще ни при чем – он пустил Зарудного с людьми в свое заведение, и все остальное его совершенно не касалось.
Так что винить оставалось только самого себя, а на такое мало кто способен.
Зарудный ходил по своему кабинету, как тигр по клетке, злобно посматривая по сторонам, и думал. Теперь камень трудно будет заполучить. А он нужен, просто жизненно необходим! Финансовое положение Зарудного осложнялось, ему остро необходим был срочный и большой кредит, а банки как сговорились – их руководители под благовидными предлогами уклонялись от встреч с Зарудным, а без санкции руководителей нечего было и думать о кредите. В последнее время у Зарудного возникло стойкое ощущение, что против него ведется позиционная борьба, кто-то из крупных воротил финансового мира интригует, пытаясь потопить корабль его бизнеса…
«Узнать бы, кто, – думал Зарудный, злобно уставившись в окно кабинета, – растоптал бы гада…»
И в это мгновение у него на столе заиграл веселый мотивчик. Зарудный вздрогнул и поднял глаза. Не сразу он вспомнил, что накануне положил туда мобильный телефон, который оставил ему для связи неуловимый Дупель, ловкий мошенник, который сумел обвести его вокруг пальца в истории с изумрудом.
Зарудный поднял телефон и ответил.
Злость, звучавшая в его голосе, могла бы расплавить айсберг средней величины.
– Зарудный слушает!
– Мой чернокожий друг просил передать вам пламенный привет!
– Достану я тебя вместе с твоим черножопым другом! – рявкнул Зарудный.
– Ой, как страшно, – хихикнул голос в трубке, – а что бы вы, интересно, хотели – чтобы мы вам отдали камень за здорово живешь и удовлетворились приятными воспоминаниями? Ведь признавайтесь – вы и не собирались отпускать моего друга с деньгами!
Зарудный промолчал: оба они прекрасно понимали, что Дупель прав.
– Короче, – голос Дупеля стал сухим, как полдень в Сахаре, и твердым, как политика Маргарет Тэтчер, – вы по-прежнему заинтересованы в камне?
– Да, – ответил Зарудный, с трудом справившись с ненавистью, бушевавшей в его душе.
– Но на этот раз обмен будет происходить на моих условиях. Ваш эксперт подтвердил подлинность камня, – последняя фраза прозвучала не как вопрос, а как утверждение, – но цена его на этот раз будет выше.
– Это еще почему?
– По двум причинам. Во-первых, потому что теперь вы точно знаете, чего этот камень стоит. И, во-вторых, в качестве моральной компенсации за попытку кинуть меня.
– Сволочь! – прошипел Зарудный.
– Сам такой! – парировал его собеседник.
– И насколько же поднялась цена?
– Ровно в два раза! – невозмутимо ответил Дупель. – Теперь изумруд стоит миллион долларов.
– Ты совсем сбрендил! – рявкнул Зарудный. – Где я возьму такие деньги?
– Это ваши проблемы, – холодно ответил голос в трубке.






