ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Благородные аферисты и по совместительству частные детективы красавица и умница Лола, ее друг Леня Маркиз и хитроумный чихуахуа Пу И в большой беде.Потрясающая операция по «экспроприации» у вора-чи... Глаз Ночи Наталья Николаевна Александрова * * * – Восемнадцать, черное, четное! – крикнул крупье скрипучим голосом и сгреб длинной лопаточкой фишки с поля. Петр Степанович проводил спокойным взглядом свой несостоявшийся выигрыш и отвернулся. Теперь следовало немного переждать, а то деньги быстро кончатся и придется уходить из казино раньше времени. Петр Степанович скользнул рассеянным взглядом по залу. Сегодня он играл в казино «Какаду» – небольшой уютный зал, не так много публики… Петру Степановичу нравилась атмосфера казино, голоса крупье, стук сгребаемых фишек… Ему нравилось наблюдать за публикой – возбужденно блестящие глаза, трясущиеся руки… Вот пьяный браток с двумя визжащими, вульгарно размалеванными девицами подошел к столу. Парень бросил фишки не глядя и выиграл – дуракам везет! Девицы преувеличенно радостно взвыли и тут же поставили весь выигрыш на семерку – счастливое число, как одна из них громко объяснила парню. Для братка семерка оказалась несчастливой. Он огорченно выматерился, и к нему тут же подскочили два охранника, что до этого фланировали по залу с самым равнодушным видом. Охранники перемигнулись с вульгарной девицей, та успокаивающе кивнула головой – мол, все в порядке, ребята, мы сами управимся. Петр Степанович усмехнулся: стало быть, девицы местные, работают на казино. Выпотрошат молодчика, как рыбку на заливное! Девицы между тем повисли на парне и увели его в сторону карточных столов. – Мне на семь! – раздался рядом мелодичный женский голос, и рука с безупречным маникюром придвинула фишки. – Мне тоже на семь! – шутки ради крикнул Петр Степанович и бросил фишки. Шарик с упоительным стуком побежал по кругу, замедлил свой бег, перекатился из ячейки в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда же они с Лолой поднялись в квартиру и открыли дверь, все мысли вылетели у Маркиза из головы, кроме одной: квартиру ограбили. Только так можно было объяснить весь тот кошмар, что творился в прихожей.

На полу валялись клочки оберточной бумаги, газет и Лолиных модных журналов.

Кроме того, присутствовала одна не полностью разодранная коробка из-под обуви и сама обувь в количестве одной туфельки с начисто отгрызенным каблуком.

Увидев туфельку, Лола вскрикнула и прижала руку к сердцу. Маркиз же отбросил глупую мысль об ограблении – он начал кое-что понимать.

Он тщательно запер дверь, потом помог Лоле снять пальто, разделся сам и прошел в гостиную. Прежде всего в глаза бросилась жалкая половая тряпка зеленого цвета, не так давно бывшая костюмом от «Живанши».

На диване валялся Лолин кружевной бюстгальтер. Одна чашечка у него была в нормальном состоянии, а вторая – наполовину съеденная и обмусоленная.

– Господи! – Лола опустилась на диван рядом с бюстгальтером. – Только вчера купила в «Дикой орхидее»…

– Да уж, теперь придется его отдать какой-нибудь амазонке, – поддакнул Маркиз, – говорят, они отрезали одну грудь, чтобы удобнее было из лука стрелять.

– Издеваешься, – почти прошептала Лола.

Она встала и, пошатываясь, направилась в спальню, поддав по дороге вторую туфлю – так же с отгрызенным каблуком, и клубок колготок.

Наибольший разгром они застали в спальне. Шкаф был раскрыт, вещи из него вывалены на пол, черное платье на бретельках жалко повисло, зацепившись за спинку кровати. На самой же кровати валялось еще одно платье – из темно-синей блестящей материи. Лола, собираясь на презентацию, купила вчера три новых платья и долго вертелась перед зеркалом, не зная, которое выбрать, пока Маркиз не взбесился и не заорал, что они опоздают и что если Лола немедленно не образумится, он повезет ее голую. Лола испугалась и остановила свой выбор на ярко-алом платье от «Kenzo», в котором она произвела такое впечатление на Ангелова. Остальные вещи она не успела убрать.

– Кто это сделал? – проскрежетала Лола голосом, напомнившим Маркизу звук несмазанной двери. – Я убью его на месте!

– Я бы не стал давать необдуманных обещаний, – заметил Леня, – потому что виновник торжества – вот он, перед тобой.

Он взял Лолу за руку и подвел к кровати.

Там, на куче чулок и шелковых трусиков возлежал Пу И. Откинув лапы в полном изнеможении, песик сладко спал, и на губах его бродила ангельская улыбка.

– Боже мой! – вскрикнула Лола так громко, что песик открыл глаза.