ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работа судмедэксперта Мауры Айлз всегда была вплотную связана со смертью, но на этот раз она впервые поняла, что значит выражение «кровь стынет в жилах», — когда увидела на секционном столе тело же... Двойник Тесс Герритсен Благодарности Труд писателя — это труд одиночки, но в действительности ни один автор не работает сам по себе. Мне посчастливилось получать помощь и поддержку от Линды Марроу и Джины Сентрелло из издательства «Баллантайн Букс», Мег Рули, Джейн Берки, Дона Клири и великолепной команды Агентства Джейн Ротрозен, а также от Селины Уокер из издательства «Трансуорлд» и конечно же от самого главного человека — моего мужа Джекоба. Я глубоко признательна всем вам! Она медленно подняла голову и смело встретилась с ним глазами, на этот раз не прячась за спасительной завесой волос. Его экзаменационная работа уже была написана и лежала лицевой стороной вниз, карандаш отложен в сторону. Его внимание было приковано к Алисе; девочка едва дышала, околдованная его пристальным взглядом. «Я ему нравлюсь. Я это знаю. Я нравлюсь ему». Она прижала руку к шее над верхней пуговицей блузки. Ее пальцы пробежали по коже, оставляя на ней теплый след. Алиса вспомнила пылкий взгляд Тони Кертиса, устремленный на Лану Тернер, — взгляд, от которого пропадает дар речи и дрожат колени. Взгляд, за которым неизменно следует поцелуй. Почему-то именно в такие моменты изображение на экране становится размытым. Почему так? Почему четкость пропадает именно на том эпизоде, который больше всего хочется увидеть?.. — Класс, время вышло! Пожалуйста, сдавайте работы. Внимание девочки снова вернулось к экзаменационному листу, лежавшему на парте; на половину вопросов она так и не ответила. О нет! Когда же прошло время? Она ведь знает ответы. Ей не хватило всего нескольких минут… — Алиса! Алиса! Девочка подняла голову и увидела, что госпожа Мериуэзер уже тянет к ней руку. — Ты что, не слышишь меня? П

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Им уже доводилось вместе работать, и она испытывала к этой женщине симпатию и уважение.

Детективы уселись в кресла напротив Мауры. Она чувствовала себя в меньшинстве — одна под прицелом четырех пар глаз. Фрост достал свой блокнот и ручку. Что он собирается записывать? Почему все это так напоминает начало допроса?

— Как вы себя чувствуете, док? — спросила Риццоли тихим голосом, исполненным участия.

Маура рассмеялась столь банальному вопросу.

— Мне было бы значительно лучше, если бы я знала, что происходит.

— Могу я спросить вас, где вы были сегодня вечером?

— Я только что из аэропорта.

— Что вы делали в аэропорте?

— Я прилетела из Парижа. Из аэропорта Шарль де Голль. У меня был долгий перелет, и я совершенно не настроена на игру в двадцать вопросов.

[2]

— Как долго вы были в Париже?

— Неделю. Я улетела в прошлую среду. — Мауре показалось, что в жестких вопросах Риццоли есть оттенок обвинения, и почувствовала, как нарастает в ней раздражение, переходящее в злость. — Если вы мне не верите, можете спросить у моего секретаря Луизы. Она заказывала для меня билеты. Я ездила на конференцию…

— Международную конференцию по судебно-медицинской патологии. Верно?

— Вы уже знаете? — опешила Маура.

— Нам сказала Луиза.

«Они задавали вопросы обо мне. Еще до моего приезда они наводили справки у секретаря».

— Она сказала, что ваш самолет должен был приземлиться в пять вечера в аэропорте Логан, — сказала Риццоли. — Сейчас почти десять. Где вы были все это время?

— Рейс задержали в Париже. Из-за какой-то дополнительной проверки безопасности. Теперь все авиалинии страдают паранойей, и нам еще повезло, что мы вылетели с опозданием всего на три часа.

— Выходит, ваш рейс был отложен на три часа.

— Я же вам только что сказала.

— В котором часу вы приземлились?

— Не знаю. Примерно в половине девятого.

— Вам понадобилось полтора часа, чтобы добраться до дома из Логана?

— Мой чемодан потерялся. Пришлось заполнять бланк заявления в «Эр Франс». — Маура замолчала, решив, что с нее довольно. — Послушайте, в чем дело, черт возьми? Прежде чем отвечать на дальнейшие вопросы, я имею право знать, что происходит. Вы меня в чем-то обвиняете?

— Нет, док. Мы вас ни в чем не обвиняем. Просто пытаемся очертить временные рамки.

— Временные рамки для чего?

— Вам кто-нибудь угрожал, доктор Айлз? — спросил Фрост.

Маура изумленно взглянула на него.

— Что?

— У кого-нибудь есть причины навредить вам?

— Нет.

— Вы уверены?

— Разве в наше время можно быть в чем-то уверенной? — усмехнулась Маура.

— Вам наверняка не раз приходилось давать показания в суде, которые могли здорово разозлить кого-нибудь, — сказала Риццоли.

— Только если этот кто-нибудь разозлился на правду.

— Вы нажили себе немало врагов. Среди преступников, которым вынесли приговор с вашей помощью.