Каждый мужчина должен был сделать шаг вперед, а затем повернуться по очереди одним и другим боком. Гриффин был вторым номером. Он шагнул вперед, как это сделал бы полицейский, уверенно, по-военному. Настоящий полицейский был следующим. Он двигался медленно. Изображал виновного?
Гриффина снова попросили выйти вперед. А также первый номер, который был выше его ростом.
Через десять минут их привели обратно. Они ждали там двадцать минут. Гриффин хотел передать водителю лимузина, чтобы тот открыл чемодан в багажнике и принес ему зубную щетку и бритву. Но ему, конечно, не позволят оставить бритву. Можно также попросить достать из чемодана смену белья.
Вошла Сьюзен Эйвери и поблагодарила всех за содействие. За спиной у нее стоял Джефф Беккет.
– Это все? – спросил Гриффин.
– Да, все, – ответила она.
– Они кого-нибудь выбрали?
– Они не выбрали вас.
– Я вот что подумал: ведь я был там неподалеку, когда его убили. И свидетель мог столкнуться со мной на улице, а увидев сегодня, узнать мое лицо.
– С этого начнем мою защитную речь, – сказал Беккет.
Гриффин не мог поверить, что все закончилось. Они шутили, и казалось, Эйвери затеяла все это потому, что, как он и предполагал, кто-то видел убийство, но издали и в темноте и узнать Гриффина было невозможно. Эйвери никогда серьезно не считала, что Гриффин убил Кахане, она лишь выполняла свою работу.
– Что теперь полагается делать? – спросил Гриффин.
– Мне нужно задать вам еще несколько вопросов, – сказала она.
– В присутствии адвоката.
– В присутствии адвоката.
– Хорошо.
– Как долго вы знакомы с Джун Меркатор?
– С похорон Кахане.
– Вы никогда не встречали ее раньше?
– Нет.
– Насколько хорошо вы знали Кахане?
– Я его практически не знал.
– Спасибо, Гриффин. Извините за все неудобства.
– Если поймаете убийцу, дайте мне знать. Они тепло пожали друг другу руки, и Гриффин с Беккетом вышли на залитую солнцем улицу.
– Так, господин Адвокат, сколько мне это стоило?
– Двести пятьдесят долларов.
– Загляните в мой офис.
Он подвел адвоката к лимузину и достал из бумажника дорожные чеки. Четыреста долларов.
– У вас найдется пятьдесят долларов? – спросил Гриффин.
Он расписался на трех чеках. Адвокат протянул ему три купюры по двадцать долларов. Гриффин дал ему две пятерки. Они были в расчете.
– Она считает вас виновным, – сказал Беккет. – Мне показалось, она думает, что вам удалось выйти сухим из воды.
– Это ее проблема, – сказал Гриффин.
Это звучало не очень убедительно, но он не знал, что еще сказать, чтобы выглядеть невиновным. Да и какая разница. Он знал, что ее подозрения были вызваны его дурацким монологом, обращенным к полицейскому, следившему за ним в «Беверли-Хилтон».
– Передавайте привет Дику Меллену, – сказал Беккет.
Гриффин поднес палец к губам, что означало: «Молчок». Беккет понял.






