— Ведь правда?
Молчание.
Наконец, двери распахнулись.
— Заждались уже?
Цветок Шаанора был точь-в-точь как та иллюзия, показанная Рианом. Колючий на вид куст с башку человека. Только мерцает еще и тихо звенит, как серебряные колокольчики. Я вцепилась в цветок сразу же, как только его увидела. Чуть колдуна с ног не сбила. Тот едва руки отдернуть успел. Я думала, прикосновение что-нибудь изменит, я засвечусь или явится Асфиладелия в своем пузыре и скажет, что проклятие снято. Но в комнате царила мертвая тишина. Куст был колючим, и я здорово поцарапалась.
— Дай мне. — Хрипло прошептал Сев. Медленно протянул руки и коснулся ладонями тонких железных веток. Куст зазвенел. Мертвенно и тонко, как колокольчик на кладбище.
— Ну? — спросила я, глядя на его напряженную волосатую морду. — Чувствуешь что-нибудь?
Колдун наблюдал за нами с любопытством и разочарованием. Сев молчал и смотрел на свои волосатые лапы. Я чуяла, как мгновения убегают. Каждое как сотню лет тянулось. Серебристые шипы впивались в кожу, тонкие полупрозрачные листья пахли мятой. Еще посильнее сожмет лапы и раздавит, сомнет тонкие ветки.
Ничего не происходило.
— Может, потрясти его? Или подождать?
— Подождем. — без особой радости согласился вер Нарран и устроился в кресле, время от времени позевывая.
Время тянулось тяжело, словно проталкивало камни.
Нечестно. Я была такой милой лошадкой. Ни в одном царстве не было такой прекрасной коняги. Да ельфы бы удавились только за то, чтобы покататься на мне.
Да и Сев. Бедолага… есть сотни людей, которые бы такого заслуживали, а проклятье досталось ему. Разве мы ошиблись? Почему она не сняла?
— Дорогой, почему ты так рано встал? — в дверь просунулась голова белокурой девицы. Полностью она не входила, потому что шмотки на ней были далеки от скромности. Колдун зевать перестал.
У, подумала я. Если б моральные устои в Велиродане были чем-то вещественным, они бы уже давно пробили пол и застряли в подвале.
— Сейчас, дорогая…
Я обошла Сева кругом. Шерсти меньше не стало. Он стоял неподвижно, как странная заколдованная статуя, а в глазах горел темно-красный тяжелый огонь тлеющих углей.
Сев молча всучил цветок Ллисху вер Наррану и устало сел, скорее рухнул в соседнее кресло, глядя на свои лапы.
— Сочувствую. — пробормотал колдун, позевывая в кулак. И неожиданно добавил. — Можете занять одну из гостевых комнат. Вы проделали долгий путь. Позже еще на проклятие это ваше посмотрим. Поподробней расскажете. А я пойду… хм, спать. Развлекли вы меня, конечно, неплохо. — Насвистывая, вер Нарран взял бесполезный куст, прикрыл за собой дверь. Я села рядом с наемником. Хотелось сказать что-нибудь ободряющее, вроде внешность не самое главное, но он наверняка решит, что я издеваюсь.
— И что теперь? — спросил ельф. Ему никто не ответил.






