ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда в жизни все идет кувырком и посылают туда, не знаю куда, сделать то, не знаю что. Хотя обычно и просто посылают… Etcetera Оборотень "Оборотни бывают разные." Знаток оборотней. Вот уж за что ненавижу позднюю осень, так это за холода, дожди и еще за то, что травы мало. А та, что осталась, вся вялая и какая-то пожухлая. Высохшая, как обертка, в которую местный торговец колбасы заворачивает. Нет, мне то что. Не есть же я ее собралась, чего б другие не намекали, но все равно смотрится премерзко. И настроение сразу какое-то паршивое становится. Опять весны ждать. В пивную я вошла, уже полдень наступить успел, надеясь, что мой старый приятель торчит там. Деньжата мои подходили к концу, и мы с ним договаривались встретиться и подзаработать. Не слишком честным путем, но что я виновата, что большинство тех, кто может позволить себе такую покупку, не способен удержать ее в руках. Сами они виноваты. А тут и зима наступает, и проворачивать подобное дельце станет сложнее. Догнать могут. В общем, только пара седьмиц и оставалась, чтобы на хлеб с маслом себе до весны накопить. Талс Прохвост, бледный, рябой, невероятно веснушчатый парень, уже сидел за столом и ждал меня. Веснушки почему-то обсыпали его в любое время года как сыпью, так что лица за ними почти не видно. Тускло-русые лохмы, косая сажень в плечах, по крайне мере, он сам в это верит. Угу, но сам такой костлявый и долговязый, что этого другим не видно. Когда ходит, вообще сутулится и будто по земле стелится. Лишнее внимание, оно ему ни к чему. Судя по немного окосевшему взгляду, ждал давно и не меньше трех кружек выдул. — Какого лешего? Я ж говорила не больше двух!! Он вздрогнул. Смотря в кружку, даже не заметил, как я подошла. Зоркий глаз, чуткое ухо и куча других добродетелей. — Ты мне чего матушка? Я могу бочку выпить и не захмелею. Главное, сама не пей как лошадь. — гыгыкнул он. Я даже не обиделась. Шуточки у нег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ведь правда?

Молчание.

Наконец, двери распахнулись.

— Заждались уже?

Цветок Шаанора был точь-в-точь как та иллюзия, показанная Рианом. Колючий на вид куст с башку человека. Только мерцает еще и тихо звенит, как серебряные колокольчики. Я вцепилась в цветок сразу же, как только его увидела. Чуть колдуна с ног не сбила. Тот едва руки отдернуть успел. Я думала, прикосновение что-нибудь изменит, я засвечусь или явится Асфиладелия в своем пузыре и скажет, что проклятие снято. Но в комнате царила мертвая тишина. Куст был колючим, и я здорово поцарапалась.

— Дай мне. — Хрипло прошептал Сев. Медленно протянул руки и коснулся ладонями тонких железных веток. Куст зазвенел. Мертвенно и тонко, как колокольчик на кладбище.

— Ну? — спросила я, глядя на его напряженную волосатую морду. — Чувствуешь что-нибудь?

Колдун наблюдал за нами с любопытством и разочарованием. Сев молчал и смотрел на свои волосатые лапы. Я чуяла, как мгновения убегают. Каждое как сотню лет тянулось. Серебристые шипы впивались в кожу, тонкие полупрозрачные листья пахли мятой. Еще посильнее сожмет лапы и раздавит, сомнет тонкие ветки.

Ничего не происходило.

— Может, потрясти его? Или подождать?

— Подождем. — без особой радости согласился вер Нарран и устроился в кресле, время от времени позевывая.

Время тянулось тяжело, словно проталкивало камни.

Нечестно. Я была такой милой лошадкой. Ни в одном царстве не было такой прекрасной коняги. Да ельфы бы удавились только за то, чтобы покататься на мне.

Да и Сев. Бедолага… есть сотни людей, которые бы такого заслуживали, а проклятье досталось ему. Разве мы ошиблись? Почему она не сняла?

— Дорогой, почему ты так рано встал? — в дверь просунулась голова белокурой девицы. Полностью она не входила, потому что шмотки на ней были далеки от скромности. Колдун зевать перестал.

У, подумала я. Если б моральные устои в Велиродане были чем-то вещественным, они бы уже давно пробили пол и застряли в подвале.

— Сейчас, дорогая…

Я обошла Сева кругом. Шерсти меньше не стало. Он стоял неподвижно, как странная заколдованная статуя, а в глазах горел темно-красный тяжелый огонь тлеющих углей.

Сев молча всучил цветок Ллисху вер Наррану и устало сел, скорее рухнул в соседнее кресло, глядя на свои лапы.

— Сочувствую. — пробормотал колдун, позевывая в кулак. И неожиданно добавил. — Можете занять одну из гостевых комнат. Вы проделали долгий путь. Позже еще на проклятие это ваше посмотрим. Поподробней расскажете. А я пойду… хм, спать. Развлекли вы меня, конечно, неплохо. — Насвистывая, вер Нарран взял бесполезный куст, прикрыл за собой дверь. Я села рядом с наемником. Хотелось сказать что-нибудь ободряющее, вроде внешность не самое главное, но он наверняка решит, что я издеваюсь.

— И что теперь? — спросил ельф. Ему никто не ответил.