ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда в жизни все идет кувырком и посылают туда, не знаю куда, сделать то, не знаю что. Хотя обычно и просто посылают… Etcetera Оборотень "Оборотни бывают разные." Знаток оборотней. Вот уж за что ненавижу позднюю осень, так это за холода, дожди и еще за то, что травы мало. А та, что осталась, вся вялая и какая-то пожухлая. Высохшая, как обертка, в которую местный торговец колбасы заворачивает. Нет, мне то что. Не есть же я ее собралась, чего б другие не намекали, но все равно смотрится премерзко. И настроение сразу какое-то паршивое становится. Опять весны ждать. В пивную я вошла, уже полдень наступить успел, надеясь, что мой старый приятель торчит там. Деньжата мои подходили к концу, и мы с ним договаривались встретиться и подзаработать. Не слишком честным путем, но что я виновата, что большинство тех, кто может позволить себе такую покупку, не способен удержать ее в руках. Сами они виноваты. А тут и зима наступает, и проворачивать подобное дельце станет сложнее. Догнать могут. В общем, только пара седьмиц и оставалась, чтобы на хлеб с маслом себе до весны накопить. Талс Прохвост, бледный, рябой, невероятно веснушчатый парень, уже сидел за столом и ждал меня. Веснушки почему-то обсыпали его в любое время года как сыпью, так что лица за ними почти не видно. Тускло-русые лохмы, косая сажень в плечах, по крайне мере, он сам в это верит. Угу, но сам такой костлявый и долговязый, что этого другим не видно. Когда ходит, вообще сутулится и будто по земле стелится. Лишнее внимание, оно ему ни к чему. Судя по немного окосевшему взгляду, ждал давно и не меньше трех кружек выдул. — Какого лешего? Я ж говорила не больше двух!! Он вздрогнул. Смотря в кружку, даже не заметил, как я подошла. Зоркий глаз, чуткое ухо и куча других добродетелей. — Ты мне чего матушка? Я могу бочку выпить и не захмелею. Главное, сама не пей как лошадь. — гыгыкнул он. Я даже не обиделась. Шуточки у нег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А их ведь, наверное, больше.

Ох, влипла, так влипла, лихорадочно соображала я. Чего ж он этой дорогой поперся-то, идиот, полудурок, кретин. И как его ни назовешь, все мало будет. Вот пусть и возлежит теперь на этой травяной фигне, а я уж как-нибудь смотаться постараюсь. Конь, как в пословице говорится, двоих не вынесет.

На бабочку наемник пока не смахивал. Голова все сильнее кружилась, и я старалась дышать пореже, может, фея отцепится от меня, коль подольше продержусь.

— А он живой?

— Он устал с дороги, а когда отдохнет, да охолонет чуток, нам всем вместе будет хорошо в этом замке. Вы ни в чем не будете нуждаться. У тебя будет все и даже больше.

Угу. Собственная темница, в которой вечность торчать. Умно. Для чего я золотишко зарабатывала? Чтоб до конца в жизни в замке сидеть, как королевна, которую никто от дракона спасать не желает? Не, призрачные сокровища это не для меня.

— Ну, я подумаю. Можно… по замку побродить?

— Конечно. Потом.

Она улыбнулась, хихикнула в сложенные ковшиком ладоши. Теперь и пятнадцати не дашь. Не то что-то с этими феями. Возраст скачет, как бешеный.

Я зевнула и поняла, что падаю. Падаю во что-то мягкое и теплое. И бесконечное как небо. Уже во сне я ощутила, как неспешно, неторопливо опускаюсь на второе ложе из цветов, выросшее прямо из пола.

— Спи, дитя, и думай. — сказала фея. Широкий выбор. Цветы оплетали меня, укладывали разноцветные головки мне на плечи и цвели одурманивающим ароматом. Мне снился давно забытый и покинутый дом, он больше не был рассохшимся и неухоженным. Окна и двери были открыты. Там ждали меня… Слышались голоса, хотя я знала, что это невозможно. Там давно никого нет. Но я слышала их, уже почти разбирала слова… Настоящий дом у каждого человека бывает лишь один, чтобы ни говорили. Я шла к нему, наступая в собственные следы, которые сохранились на влажной после дождя земле, когда я уходила. Дом такой близкий в своей горькой, обреченной потерянности, что не хотелось просыпаться.

2

"И предсказала фея девице, что когда той исполнится восемнадцать,

будет та прясть, да уколет веретеном палец и заснет надолго,

пока проклятье не снимет поцелуй любви.

Но мудрый отец переломал девице все пальцы и плевать с тех пор хотел на

проклятие феи."

Сказание темного барда.

— У! Ай! Ау! Какого. Лешего? Ты. Совсем. Идиот? Не надо. Меня. Больше. Трясти.

— Так бы сразу и сказала, что проснулась. — Голос был знакомый. Но вспомнила я не сразу. А как вспомнила, за голову схватилась, и глаза, наконец, открыла.

— А если б не сказала, ты б тряс, пока у меня башка не оторвалась? — проворчала я, рывком садясь и пытаясь додумкаться, где нахожусь. Лес. Солнце всходит, туман стелется. Холодновато.