ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Операторы проекта «Мертвый рай» Денис и Юля, спасаясь от федерального посла, попадают к оргам. Уже известно, что город-полигон, на котором обкатывалась экспериментальная программа с участием мертвых с... Полигон Руслан Викторович Мельников Часть первая ОРГ Глава 1 Времени у них оставалось в обрез. Но еще оставалось. И если использовать его с умом… Денис обернулся, поймал встревоженный взгляд Юлы. Пара заученных во время совместной следячей работы за одним компом жестов… – Ты уверен? – В глазах девушки возникло сомнение. Много сомнения. – У тебя есть другие предложения? – Нет. – Тогда почему бы не попробовать? Действительно, почему? Если Кожин всячески блюдет секретность «Мертвого рая», вряд ли он станет посвящать в свои тайны службу наружного наблюдения Периметра. А значит… Денис вызывал центр управления наружкой, представляя физиономию дежурного офицера. Наверняка челюсть бедолаги отвиснет до ременной пряжки. Позывные пропавшего невесть когда и невесть куда следака – это вам не шутка. Ночной вызов с того света – хороший тест на самообладание. Дежурный офицер тест выдержал блестяще. Ответ пришел незамедлительно. Ответ, состоящий из вопросов: «Оператор, что случилось? Где вы? Куда пропали?» Пальцы Дениса танцевали по клавиатуре. «Ври правдоподобно, только тогда поверят», – учил его в свое время на операторских курсах опытный преподаватель пропаганды. Классный спец, таких уже нет. Жаль, что предмет был не профилирующим. Денис решил воспользоваться давним уроком. «Выполняем секретную миссию… – отстучал он. – Распоряжение Федерального Полномочного Посла Кожина Павла Алексеевича… Уточните после дежурства… Срочно нужна помощь… Вышлите вертолет поддержки в сектор…». Мобильная камера автоматически выдала координаты обнаруженной цели – крупного отряда нарушителей Комендантского часа. Денис для убедительности отослал в управу несколько снимков. И – «Быстрее!» – закончил послани

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И любая эйфория – летальна. Ибо жить придется с алгоритмом на самоубийство. Со скрытым, дремлющим, но всегда готовым пробудиться алгоритмом искусственно внедренной рефлекс-программы. А жить ему пока не надоело. Несмотря ни на что. И он уже учился так жить. И он будет. Жить.

А еще нужно срочно разгонять сходку и самому уносить ноги. Пока не прочухались там, в «Мертвом рае». Пока за вышедшим из-под контроля рабочим материалом третьего уровня не выслана группа ликвидации.

В подъезде Николай маску надеть забыл. А под треснувшим подъездным козырьком – не успел. Волчий вожак попал в объектив «Летящего глаза». В объектив камеры оператора наружного наблюдения Дениса Замятина.

* * *

– Так Кожин не врал, когда говорил, что ты послан к Волкам по его заданию? – пробормотал Денис.

– Нет, не врал, – ответил Николай. – Просто посол не упомянул, что я вышел из игры. Сам вышел.

– А зачем понадобилось показывать всему городу твою казнь?

– Это было предупреждение.

– Тебе?

– Не только. Не столько. Осознав, что чип-маяк удален и что меня уже не достать с операторского компьютера, Кожин дал понять Волкам, что их пахан раскрыт. Что пахана знают, что пахана ищут…

– И что с того?

– То, что группировщикам не нужен рассекреченный пахан. Рассекреченный пахан слишком много знает и слишком многих знает, и если он попадет к милкам… В общем, таких лидеров обычно убирают. По-тихому, без шума.

– А тебя не убрали?

– Не успели. Я сам нанес превентивный удар. У меня к тому времени уже была своя Волчья гвардия. Верная, готовая на все. Или почти на все. Сразу после трансляции казни бригада Ахмета провела рейд. Были устранены все, от кого могла исходить реальная угроза.

Денис вспомнил подвал с разлагающимся трупом. А вспомнив – вздрогнул. Да, Николай устранял угрозу наверняка…

– Но ведь можно было бы вообще не мудрить с казнью, – встряла Ирина. – А просто показать твое федеральное прошлое. У Кожина ведь имелось какое-нибудь видеодосье, где ты… ну, в форме, на прежней службе. Так, наверное, было бы надежнее.

– Гораздо надежнее, – согласился Николай. – Но это был бы удар по имиджу посольства. Одно дело объявить изменником муниципального следака. А вот сотрудник федерального посольства, перешедший на сторону оргов, – это совсем другая песня. Нет, до конца эксперимента и до начала бомбардировки полигона Кожину необходимо было сохранять репутацию федералов незапятнанной.

– Честь мундира, да? – хмыкнул Денис.

– Элементарная предосторожность. И потом… Репортаж с Эшафота ведь был всего лишь перестраховкой. На тот случай, если рефлекс-программа, лишенная блокиратора, не сработает раньше.

Ах, да! Рефлекс-программа… Счастье как деструктивный раздражающий импульс и стимулятор суицида? Эйфория как смертный приговор? Денис покачал головой.