ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Древний народ сумел спасти российский город от выброса черной энергии из преисподней. Однако силы Тьмы не оставляют надежды на реванш. Подстрекаемые темными колдунами вооруженные группы боевиков, имен... Нелюдь Алексей Селецкий ПРОЛОГ — Это не мой ребенок! Верните мне моего ребенка! — Успокойтесь, пожалуйста… — Верните моего ребенка! Верните мне моего ребенка! Говорю вам, верните мне моего ребенка! — Послушайте… — Ничего не хочу слушать! Вы подменили ребенка! Специально или по ошибке — сами разбирайтесь, а мне нужен мой ребенок! Врач, немолодая уже женщина в голубом халате, устало опустилась на кушетку. Ну и что прикажете делать? Как объяснить человеку то, что он не желает воспринимать? Не было ошибки, проверяли и перепроверяли уже второй день. Да что проверять, если еще в родильном зале все стало ясно? Конечно, все младенцы появляются на свет отнюдь не розовыми карапузами из рекламных роликов. За годы своей работы приходилось видеть всякое — и перекошенные головки у вполне нормальных новорожденных, и шестые пальцы, и много чего еще, о чем эта кричащая мамаша не догадывается. К счастью. Дети хронических алкоголиков, дети работниц химзавода, дети чернобыльцев… Последние, впрочем, в большинстве своем как раз получше, особенно сейчас. В первые годы — да, хватало отклонений. Теперь нашлись другие причины. А у этой истерички все более-менее прилично. Рефлексы новорожденного нормальные, ультразвук отклонений тоже не показал. Вот только внешность… Ну, еще зубы, пожалуй, но это бывает не так уж редко. Уши чуть заостренные — тоже могут расправиться. После родов, особенно таких тяжелых, трудно ожидать идеальной формы. Вот что не объяснить — это пропорции черепа. Глазницы слишком большие, разрез глаз странный — это уже сейчас видно. А в остальном — нормальный ребенок. Даже чем-то на мать похож. Голосом, наверное. Такой же пронзительный. Вообще с этими родителями вечные проблемы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ишь как гремит цепью, задыхается — не иначе, на ворота прыгает, а ошейник горло давит, не пускает… Сквозь лай едва донесся отдаленный дребезжащий стук. Еще раз, сильнее — судя по звону, в окно стучат. Что-то сказали — не разобрать, что. Ага, вот и засов лязгнул. «Байкал, в будку! Я кому сказала!» — это уже Верка вышла, такой голосок трудно не услышать. «А вы, значит, к соседу моему? Давно пора!» Даже вот как… О чем еще говорили возле соседской калитки, Александр не расслышал. Зато хорошо было слышно, как вскрикнула Верка, рванулся на цепи Байкал — и тут же гулко охнул пистолет. Глухой стон, и сразу же, один за другим — еще два выстрела. Та-ак, значит, ошиблась гадалка.

Не подумала о том, что и кроме нее на улице добрые люди найдутся. Которым она сама как кость поперек горла. А практика стука у наших старушек все же побольше будет. Если вообще не привычка, с тех еще времен. Интересно, как там любопытная Павловна — крепко спит или все слышит? Если в этом деле без нее обошлось, то плохо Александр успел узнать своих соседей. И в людях перестал разбираться. И вообще чутье потерял.

Байкал залаял изо всех сил, захрипел на цепи — а потом заскулил, застонал. Взвыл горестно, заплакал так, что перелай вдоль улицы умолк. Голоса приблизились, стали отчетливее. Серое пятно приблизилось почти вплотную. Наверху стоят, возле смородины. «Здесь, что ли?» А парень совсем молодой, похоже. Вряд ли старше двадцати. Тот, что ответил, в отцы ему годится — если слух не обманывает. «Погоди, видишь — машина-то армейская. Подсвети… Точно, номера военные». — «И что с того?» — «Дубина ты, Гришка. Сейчас только с вояками поссориться не хватало. Знаешь что, ну его на фиг, этого соседа. Нам бабу заказали, мы ее и отработали. Командиру скажем, что сигнал был, пусть сами разбираются. Надо будет — еще раз сходим». — «Да чего два раза ходить!..» — «Салага, ну-ка быстро прикинься тряпочкой и помалкивай! Я тут старшой, я и решаю. Хватит с тебя на сегодня и одного раза!»

Умный ты мужик, старшой. Долго жить будешь. По крайней мере, сегодня — точно. Не так вас и много, за мелкой дичью охотились.

А с вояками ссориться точно не надо. Они, вояки, потому так и называются, что воевать умеют. И все для этого необходимое при себе у них имеется. Запал покрутился по нарезке, мягко уперся. Все, хватит. Ружье заряжено, подсумок на поясе — добро пожаловать, гости дорогие! Только слушались бы вы старших, шли бы подальше. Всем от этого лучше будет.

Еще один голос в разговор вступил: «Так, зелень, ты че, оборзел? Сказано — пошли, значит, ногами двигай, а не… Погодь, это сзади чего торчит?» — «Антенна, не видишь, что ли?» — «Вижу, вижу, что антенна — да еще какая! „Куликовка“, всю жизнь мечтал!» — «Да на что она тебе! — возмутился старшой.