— Можешь рублями… Эй, папаша, а кто это у тебя?!
«Телепаты они, что ли?!» — мелькнула у Александра мысль. Не вовремя мелькнула. Времени додумывать нет совсем. Навстречу уже летит грязная обочина, а от автомата пока что закрывает кабина с распахнутой дверцей.
Плюх! Не до красивых трюков: приземлился, как жаба в болото. Все цело, не сломано, не отбито — чего еще надо? Перекатился на спину, одной рукой рванул куртку, второй нащупал согревшийся у тела металл. Перекатился еще раз.
Гулко хлопнуло, грязью брызнуло в правый глаз. Почти вслепую вытянул руку туда, где должен был стоять автоматчик, дважды нажал на спуск. Откатился так, чтобы колесо прикрыло от ответной очереди. Если тот, что стоял у дверцы, догадается лечь на асфальт и стрелять под машину… Плохо будет. И неясно, что у него — скорее всего, пистолет.
Громыхнул еще один выстрел. Ружье. Брызнула фара, обиженно звякнул металл кабины. Откуда бьют? Перед глазами маячили «Жигули» и тот, что стоял около них — уже распрямляющийся. Со вторым автоматом в руках. Александр поймал силуэт концом ствола, дал еще два выстрела. Скорее всего, не попал, но хотя бы заставил присесть, спрятаться — темная фигура дернулась в сторону, сложилась пополам. Теперь можно вскочить — и рывком вперед.
Убегать? В чистое поле от автоматчиков? Не дождетесь! И чего уж точно не ждали на этом «посту» — так это нападения на них какого-то одиночки. Привыкли, мать их так, старушек топорами рубить… Александр нырнул за машину, бросился на землю. Тут же за грязным днищем увидел ноги. Человек стоял на одном колене — похоже, готовился к стрельбе, но цель переместилась, и ноги поворачивались следом, распрямлялись… Вот это уже совсем лишнее — если встанет и полоснет в упор по спине. Лучше не вставай.
Очень трудно встать с пулей в коленной чашечке. Автоматчик попробовал — и упал. Рядом с ним на грязный асфальт брякнулся «Калашников». Хорошо. Жаль, что обойма кончается. Но уж этого точно с собой надо прихватить — похоже, он здесь был главным. Больше не будет — с двух метров в голову очень трудно промахнуться. Два патрона в пистолете. Два метра до автомата — да хоть километр, разницы никакой. Не дотянешься под машиной.
И обойти не дадут. Трое еще осталось — если не четверо. Двое на той стороне дороги — верхним зрением видно, как красное зарево над обочиной полыхает. Такое же — возле «КамАЗа». И там, и там — голубоватые искры железа и желтые пороховые проблески.
Попробовал сосредоточиться на тех, что на обочине. Если не парализовать, так хоть реакцию замедлить… тут же чуть не задохнулся. Не удалось. Зря надеялся, не действует такое на «чистильщиков», только самому хуже. Ну, значит, конец. Почему-то это не пугает, не тревожит даже. Спокойно душе. Только мысли бегут быстрее секундной стрелки.






