ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Древний народ сумел спасти российский город от выброса черной энергии из преисподней. Однако силы Тьмы не оставляют надежды на реванш. Подстрекаемые темными колдунами вооруженные группы боевиков, имен... Нелюдь Алексей Селецкий ПРОЛОГ — Это не мой ребенок! Верните мне моего ребенка! — Успокойтесь, пожалуйста… — Верните моего ребенка! Верните мне моего ребенка! Говорю вам, верните мне моего ребенка! — Послушайте… — Ничего не хочу слушать! Вы подменили ребенка! Специально или по ошибке — сами разбирайтесь, а мне нужен мой ребенок! Врач, немолодая уже женщина в голубом халате, устало опустилась на кушетку. Ну и что прикажете делать? Как объяснить человеку то, что он не желает воспринимать? Не было ошибки, проверяли и перепроверяли уже второй день. Да что проверять, если еще в родильном зале все стало ясно? Конечно, все младенцы появляются на свет отнюдь не розовыми карапузами из рекламных роликов. За годы своей работы приходилось видеть всякое — и перекошенные головки у вполне нормальных новорожденных, и шестые пальцы, и много чего еще, о чем эта кричащая мамаша не догадывается. К счастью. Дети хронических алкоголиков, дети работниц химзавода, дети чернобыльцев… Последние, впрочем, в большинстве своем как раз получше, особенно сейчас. В первые годы — да, хватало отклонений. Теперь нашлись другие причины. А у этой истерички все более-менее прилично. Рефлексы новорожденного нормальные, ультразвук отклонений тоже не показал. Вот только внешность… Ну, еще зубы, пожалуй, но это бывает не так уж редко. Уши чуть заостренные — тоже могут расправиться. После родов, особенно таких тяжелых, трудно ожидать идеальной формы. Вот что не объяснить — это пропорции черепа. Глазницы слишком большие, разрез глаз странный — это уже сейчас видно. А в остальном — нормальный ребенок. Даже чем-то на мать похож. Голосом, наверное. Такой же пронзительный. Вообще с этими родителями вечные проблемы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Там матушка всем убежище давала… Наших-то никого и не было, просто перепуганный народ набежал, бабуси одни — молиться пришли, не могли смотреть на все это… Может, среди них и такие и были, которые то ли нашептывали, то ли гадали — да сам знаешь, у половины бабок рядом с молитвенником тетрадочка с заговорами… Ну, «чистильщики» и потребовали выдать всех колдунов. Иначе пригрезились попросту всех спалить… Прямо с храмом… А знаешь, кто их привел? Тоже ведь батюшка! С хоругвью шел! Знаю я его, и видел даже, только не помню, где он служил. Отец Роман… как только и что повернулось у него, а?!

— Погоди, погоди, дай вспомнить… отец Роман… — тренированная память ведуна лихорадочно выискивала что-то важное, но отложенное. Что-то как раз… — Есть, вспомнил! Он же у ментов был! Тот самый, что ли?!

— Тот, — кивнул рыжебородый. — Видишь, до чего дошел… Ну а потом… — отец Игорь зажмурился и скрипнул зубами. Потом проговорил, не открывая глаз: — Духовник монастырский их вышел увещевать, тезка твой, отец Александр. Ему под восемьдесят было, он у нас в городе чуть ли не с войны служил. Вышел с иконой, Романа усовестить попробовал, пошел к нему через толпу… и тут его сзади топором… прямо по седине… — рыжий священник не выдержал, из-под стиснутых век потекли слезы. Сглотнул один комок, другой, отдышался, выдавил из себя: — Как он упал, отшатнулись все от него. Я гляжу — некоторые и сами не поймут, что они и где делают. Как впервые увидели. Человек десять в толпе еще шумели, даже в воздух пальнули пару раз. А все остальные — как-то боком да в сторонку… так через батюшку ни один и не смог переступить. А отец Роман все пятился, пятился, крестился, потом к нему двое подошли и увели под руки… Ну вот и… Сегодня, как увидел этих, так прямо перед глазами и встало — как батюшка идет, а потом у него кровь из головы и прямо на икону…

Помолчали немного. Один никак не мог отдышаться, второй вспоминал свое — почти такое же. Вот они и до России докатились, погромы… Все то же, как и не было полутора десятков лет — и толпа идет, куда покажут, и военные зубами скрипят, потому что приказ у них — не вмешиваться… Вот только кому на этот раз выгодно? И что именно?

— Ладно, Игорь, давай дальше жить, авось и это переживем, — Александр еще раз оглядел поле — точнее, улицу — недавнего боя. Поморщился от накатившей волны гари. — Слушай, чем вы бэтээры подбили?

— А, это… — рыжебородый очнулся, утер слезы серым рукавом. — Это не чем, это кто. Пойдем, покажу. Удивишься, это точно… Пошли к сельсовету, там сейчас наши собираются, кто остался еще.

На лавочке возле украшенного трехцветным флагом дома сидела… Александр сначала не поверил своим глазам. Проморгался. Для верности посмотрел верхним зрением — девушка и не думала прятать свои чувства.