ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Весь мир потрясен сенсационным сообщением Ватикана: всего через три недели Дева Мария явится людям в священном гроте в Лурде и совершит чудесное исцеление. Среди пяти миллионов больных и страждущих... Чудо Ирвин Уоллес Говорят, что чудеса — в прошлом. Шекспир, 1602 г. Времена чудес минули? Времена чудес навечно с нами! Томас Карлайл, 1841 г. Тем, кто верит в Бога, объяснения не нужны; тем, кто не верит в Бога, ничего не объяснишь. Преподобный Джон Лафарж Состояние блаженного восторга длилось в течение часа, и к концу этого времени девочка-провидица проползла на коленях от того места, где молилась, к кусту дикой розы, росшему прямо на скале. Там, собрав все свои силы словно бы для какого-то подвига, она поцеловала землю и, все так же не вставая с колен, вернулась на прежнее место. Ее лицо в последний раз озарилось небесным светом, который стал медленно меркнуть, пока не угас вовсе. Пророчица еще некоторое время продолжала молиться, но теперь это снова была все та же маленькая крестьянская девочка. Наконец Бернадетта поднялась на ноги, подошла к своей матери, и они затерялись в толпе». Взбираясь по склону холма вместе с матерью, Бернадетта вкратце пересказала ей содержание беседы, которая произошла у нее с загадочной дамой. Являясь девочке раньше, дама уже открыла ей две тайны, а сегодня настал черед последней, третьей. Позже, когда переродившийся из циника в праведника Эстрад подружился с Бернадеттой, он спросил ее, что сообщила ей Дева во время своего седьмого явления. «В ответ я услышал,— вспоминал Эстрад,— что открытые ей тайны касались только ее самой, и никого больше. Провидица также сказала, что она не может открыть эти тайны никому, даже своему исповеднику. Любопытные предпринимали многочисленные попытки выведать у девочки содержание трех тайн с помощью хитрости или щедрых посулов, но все они потерпели неудачу. Бернадетта пронесла тайны до могилы, так и не откры

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Звонил сам министр, старик Буэно. Его просто-таки распирало от новостей и религиозного благочестия. От чуда, произошедшего в Лурде, он пребывал в настоящей эйфории. Ведь он дал обещание и теперь выразил твердое намерение его выполнить. Для этого ему нужно организовать ряд встреч в Мадриде. Он намекнул на то, что будет достигнут приемлемый компромисс — компромисс и урегулирование, на которые согласится каждый баск. Думаю, мы победили, Микель. Ну, как тебе новость?

— Отлично. Поздравляю.

— Когда вернешься домой?

— Наверное, скоро. Я тут не один. Вопросов пока лучше не задавай. Скоро сам увидишь. А матери моей передай, что позвоню ей завтра. Удачи тебе, Августин. Да поможет тебе Господь.

По мраморной лестнице они спустились в вестибюль отеля. Наталия с удовольствием подметила, что у Уртадо исчезла хромота.

— Вера,— объяснил он ей просто и весело.

Выйдя на улицу, они принялись строить планы, как провести этот волшебный вечер.

Перво-наперво было решено пойти в собор Сан Марко — вознести благодарственную молитву за их исцеление.

Потом в кафе «Куадри» — выпить по бокалу кам-пари.

Затем в бар «У Гарри» — отведать piccata di vitello

[43]

. После этого — проплыть на гондоле по Большому каналу.

И только тогда вернуться в отель «Даниели», чтобы заняться любовью.

— А дальше? — спросила Наталия.

— В Рим, за компанию с одной молодой знакомой, чтобы написать там пьесу для одной актрисы, тоже молодой и любимой.

— И что же это за молоденькая актриса?

— А ты как думаешь?

— Если ты имеешь в виду синьориту Ринальди, то она согласна на эту роль еще до того, как ты ее напишешь. А ты ее правда напишешь, Микель?

— Напишу.

— А я в ней блесну! — улыбнулась она ему. — Но что будет дальше, Микель?

— Я хочу, чтобы ты нарожала мне детей. Целую кучу очаровательных бамбино, наших с тобой малышей.

— Только при условии, что ты женишься на мне. Ты ведь на мне женишься?

— Неужели ты думаешь, что я хочу наплодить незаконных детей? Ты будешь самой замужней женщиной на свете.

— На всей планете,— добавила она.

Взявшись за руки, оба беззаботно зашагали по направлению к площади Святого Марка.

* * *

В ВАТИКАНЕ…

Его Святейшество Папа Иоанн Павел III, глава всемирной Римско-католической церкви, наследник престола Святого Петра, в белой льняной сутане и белой круглой шапочке-скуфейке, с тяжелым наперсным крестом, свисавшим с шеи на золотой цепи, медленно вошел в спальню — самую любимую из восемнадцати комнат его личной резиденции. Это была капля в море из десяти тысяч комнат, палат и залов Апостольского дворца.

Тихо ступая по афганскому ковру, он шел к двум закрытым окнам в углу расположенной на верхнем этаже спальни, желая взглянуть сквозь щель в деревянных ставнях на обширную площадь Святого Петра, раскинувшуюся внизу.