ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«…Лица наступающих, хорошо освещенные уличным фонарем, ясно выражали их намерения. Учитывая еще то, что они уже разгорячены кровью из разбитой губы Андрея, до ударов оставалось недолго. Несмотря на си... Бывший Виталий Дёмочка Пролог Это было похоже на приемную комиссию в театральном институте. Виталий никогда не поступал учиться и не знал, как там все происходит в действительности. Но, по его представлениям, которые складывались скорее всего из просмотра старых фильмов, примерно так там все и делалось. Только стол, с сидящими за ним «членами приемной комиссии», был не прямым, а Т-образным. И он не стоял перед их оценивающим взором и не демонстрировал свои способности. Сидя в кресле у стены и перебирая четки, он спокойно отвечал на вопросы сидящих за этим столом продюсеров, которым предложил совместную съемку следующего фильма. — А кто монтировал ваш первый фильм? — спросил один из них, представившийся Андреем Петровичем. — Сам монтировал, — ответил Виталий и, предупреждая множество вопросов по этому поводу, сразу пояснил: — Я знаю обо всех косяках и всех затянутостях. Если где-то слеплено так, значит, по-другому там сделать было нельзя из-за плохих записей. А любую затянутость я могу объяснить, если вам это интересно. Это был мой первый фильм, я преследовал им очень много целей, и любой затянутый диалог что-то значил для меня. — Я понял это в некоторых местах, — кивнул головой другой продюсер, по имени Сергей. — Например, в длинном монологе в кабинете предпринимателя, где вы говорите об отношении общества к бывшим заключенным. Ну, а как вы объясните, к примеру, титры? Они у вас очень долгие. — Здесь вообще все просто, — ответил Виталий. — Платных профессиональных актеров там было совсем немного. А моих друзей, кто когда-то сидел со мной в лагерях и имел какие-то дела, больше ста человек было. Кто-то не дожил до конца съемок, кто-то в тюрьму попал… Я не мог, чтобы их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ему не было дела ни до тех людей, которые искали водителя грузовика, ни до той девушки-водителя, которую еще живую положили на расстеленную кемто куртку. Он внимательно смотрел на тех, которые пытались вытащить из искореженной машины зажатого Питэра. По их нервным движениям создалось впечатление, что тот еще жив, хотя он уже не подавал признаков жизни.

«Как плохо, — думал Леха, — что машины не взрываются от ударов, как в кино. Теперь бы проблем никаких не было».

Сердце его даже билось от волнения, а когда люди немного расступились и он увидел, что изо рта Питэра не идет пар, то радостно прошептал разбитыми губами: «Yes!»

* * *

По документам, найденным в ее сумочке, ей было только двадцать лет, и доктора, понимая всю безнадежность ее состояния, грустно качали головами. Она была в сознании, ей вкололи обезболивающее, чтобы облегчить боль и одновременно они делали вид, что подготавливают ее к операции.

Доктор Хелсон достал ее мобильник и, набрав в нем телефонную книжку, поднес ее к глазам пациентки.

— Мы должны вызвать ваших родных. Вы понимаете меня? — спросил он по-английски. Если да, то моргните глазами. Побывавшая в страшной аварии, девушка не могла говорить не только потому, что на ней была кислородная маска. Но она все понимала и моргнула мокрыми от слез глазами.

— Я сейчас буду перебирать номера в вашей телефонной книжке, — продолжал доктор. — Когда там появится тот, кого вы хотели бы вызвать, моргните два раза. Хорошо? Здесь не указано, кто ваши родители, муж и так далее. Мне нужна ваша помощь.

Он стал перебирать номера телефонов, держа дисплей перед глазами девушки и задерживаясь на каждой надписи по несколько секунд. Номера были подписаны только одной буквой, и только она одна знала, что они означают. Парень, который был с ней в машине, скончался еще до приезда врачей.

Дойдя до буквы «F», доктор Хелсон продержал этот номер дольше обычного, думая, что он означает ее отца. Видя, что девушка никак не реагирует, он спросил ее:

— Вы все видите? Если да, моргните один раз.

После того, как она моргнула, он стал показывать номера дальше. Лекарства подействовали, и она уже не ощущала боли, впрочем, как и своего тела. Ее глаза уже начали высыхать от слез, но оставались такими же больными и полуприкрытыми. Казалось, что она смотрела на дисплей своего телефона совсем спокойно.

Дойдя до буквы «М», Хелсон обнаружил несколько номеров и на каждом из них останавливался подольше. Когда он дошел до последнего телефона этой буквы, он спросил ее:

— Идти дальше? Моргните один раз, если да.

Так доктор дошел уже до последних букв алфавита, а когда начались телефоны на букву «V», глаза девушки немного раскрылись и заполнились слезами. Хелсон взглянул на дисплей и стал внимательно смотреть на пациентку.