ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сказочная Луна существует! Ребекка в этом убедилась, когда стала учиться в интернате под странным названием Долина драконов, или как его все называли Драгенталь. Там она познакомилась с Пэром, кото... Лабиринт Вольфганг Хольбайн Серое нашествие Несмотря на то, что со дня появления Ребекки в интернате прошёл почти месяц, она так и не обрела здесь друзей. И в этом отчасти была виновата госпожа Осакус, директриса интерната и самопровозглашённая наставница по хорошим манерам, которую все называли просто «Оса» (разумеется, когда она находилась вне зоны слышимости). Оса строго следила за тем, чтобы воспитанники и воспитанницы не слишком приближались друг к другу. Будь её воля, она бы давно не только разделила классы на мужские и женские, но и заминировала бы подходы к девчачьему корпусу, а перед каждой дверью натянула бы колючую проволоку. К счастью, это уже выходило за рамки её полномочий. Но и без того всё было достаточно плохо. А что касалось подруг… то без них Ребекка спокойно обходилась, во всяком случае на данный момент. Ребекка, спрятавшись в тени стенной ниши, терпеливо ждала, когда пройдёт вся эта галдящая толпа, которая пару минут назад с грохотом пролетела мимо нее вниз по лестнице — столь же «тихая» и «дисциплинированная», как табун диких лошадей, спасающихся от степного пожара. Это был явный признак того, что поблизости нет госпожи Осакус, которая не терпела подобного нарушения строгих правил поведения. Ребекка взглянула на наручные часы и на всякий случай задержалась ещё на минутку, потом осторожно вышла из укрытия и огляделась. Стул за старинной стойкой — которая была бы более уместна в гостинице, нежели в интернате — пустовал. Прекрасненько. Обычно там дежурил Антон — тайное оружие Осы. Он преданно служил ей, выполняя одновременно обязанности администратора, завхоза, шофёра, повара, механика и ночного сторожа. Но и у старого Антона были свои маленькие слабос

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Тысяча тысяч, умноженная на тысячу.

— Это миллиард, — подсчитала в уме Ребекка.

Она испугалась этой цифры, но потом поняла, что под этим выражением крыса подразумевает «многие».

— И многие тысячи из вас должны умереть, если вы придёте сюда, — продолжала крыса. — Никому не украсть наших сокровищ!

— Но это же никакие не… — начала было Ребекка, но вовремя прикусила губу и уже спокойнее сказала: — Ты ошибаешься. Всё это… — она снова показала на гору, — не имеет никакой ценности, поверь мне. Никто сюда не придёт, чтобы это у вас отобрать.

— Послушай, у меня галлюцинации или ты действительно разговариваешь с крысой? — раздался сзади насмешливый голос Саманты. — Она совсем, что ли, чокнулась?

— Заткнись, — пробормотал Том, — немедленно!

Ребекка слушала только вполуха. Обычно Саманта действовала ей на нервы, но в данную минуту ей было не до того. У неё были другие заботы, например остаться в живых…

— Ты лжёшь, — шипела крыса. — Все хотят получить наше сокровище. И потому нас убивают.

— Но никто… — начала Ребекка и осеклась, так как вдруг вспомнила о том, что рассказывала Оса.

— Ты говорила, что многие из вас были убиты. А когда это случилось? Давно, не так ли?

— Мы ничего не забываем, — прошептала крыса. — Тысяча тысяч лет, но мы не забыли.

— Наверное, это было всё-таки двадцать лет назад, — пробормотала Ребекка.

— Скажи-ка, о чём ты там всё время болтаешь сама с собой? — язвительным тоном поинтересовалась Саманта.

Ребекка слышала, как Том шумно вздохнул, собираясь обругать Саманту. Она быстро обернулась и жестом попросила их помолчать.

— Оса рассказывала мне, что двадцать лет назад уже было нашествие крыс на Драгенталь, — сказала она. — Тогда они тоже вызвали крысоловов.

— Какой бред! — фыркнула Саманта, но на неё не обратили внимания.

— И что? — спросила Таня.

— Они вспомнили об этом, — серьёзно сказала Ребекка. — Наверное, тогда многих из них уничтожили, и они этого не забыли.

— А теперь… — начал Том.

— …они хотят отомстить, — закончила фразу Таня.

— Но это же сущий бред! — снова завелась Саманта и покрутила пальцем у виска. — Это самая настоящая бредятина!

Её никто не слушал.

Ребекка снова обернулась к крысе. Её мысли лихорадочно метались. В какой-то степени Саманта права: выглядело довольно странно, что она тут стоит и беседует — с кем? — с крысой! — пусть это даже совсем не простая крыса…

— Ты… ты ошибаешься, — проговорила она медленно. — Никто не должен умереть. Никто из вас и… никто из нас.

Крыса молча глядела на Ребекку. Кусочек зеркала, рядом с которым она сидела, вдруг начал дрожать, и кулон, зажатый в руке, стал вдруг невыносимо горячим. И всё же она сжала его ещё крепче.

— Многие мертвы, — продолжала настаивать крыса. — Тысячи тысяч и ещё на тысячу тысяч.

— Но это было давно! — крикнула Ребекка.