И преступная карьера Тэлли с треском накроется.
«Да, тот еще из меня „крим“, — думала девушка. — Какая же я преступница, если не могу сигнализацию отключить?»
Она резко толкнула дверь. Сирена даже не пикнула.
Тэлли вышла на площадку лестничной клетки. Дверь у нее за спиной захлопнулась, и шум вечеринки как отрезало. Во внезапно наступившей тишине Тэлли услышала стук собственного сердца и свое учащенное после бега дыхание. Под дверь просачивались ритмы музыки — бетонный пол подрагивал от басов.
Человек в сером сидел на лестнице, на несколько ступенек выше площадки.
— Выбралась-таки, — сказал он.
Маска была из тех, что меняют голоса до неузнаваемости. Тэлли поняла только, что чрезвычайник — молодой парень.
— Куда выбралась? На бал?
— Нет, Тэлли. За дверь.
— Да она не была заперта. — Она вгляделась в хрустальные глаза маски. — Ты кто?
— Ты меня не узнаешь? — Парень искренне удивился, будто она не узнала старого друга. Как если бы они были давно знакомы и он постоянно носил эту маску. — На кого я похож?
Тэлли облизнула пересохшие губы.
— На чрезвычайника, — тихо сказала она.
— Правильно. Помнишь.
Она почувствовала, что незнакомец улыбается. Он говорил с расстановкой, тщательно подбирая слова, словно имел дело с умственно отсталой.
— Конечно, помню. Ты агент? Я тебя знаю?
Тэлли не смогла бы узнать никого из чрезвычайников. В ее памяти их лица слились в одну жестоко-красивую маску.
— Почему бы тебе не посмотреть? — спросил незнакомец, но пальцем не пошевелил, чтобы снять маску. — Давай, Тэлли.
И тут она поняла, что происходит. Он ее испытывает. Проверяет, сумеет ли она сообразить, что означает костюм, догнать чрезвычайника, обмануть сигнализацию. Все это было экзаменом. И вот теперь незнакомец сидел напротив нее на ступеньках и ждал, хватит ли у нее смелости сорвать с него маску.
Тэлли терпеть не могла экзаменов.
— Отвяжись от меня, — процедила она сквозь зубы.
— Тэлли…
— Я не желаю работать на Комиссию по чрезвычайным обстоятельствам. Я просто хочу спокойно жить в Нью-Красотауне.
— Я не…
— Оставь меня в покое! — рявкнула Тэлли, сердито сжав кулаки. Ее крик эхом отразился от бетонных стен.
Повисло удивленное молчание — похоже, не только она сама от себя такого не ожидала, но и чужак слегка опешил. По лестничным пролетам плыла музыка — робкая, приглушенная.
Наконец из-под маски донесся вздох. Незнакомец поднял руку, в которой держал сумку из грубой кожи.
— У меня кое-что есть для тебя. Если ты к этому готова. Ты хочешь этого, Тэлли?
— Я ничего не хочу от… — Тэлли оборвала себя: снизу донеслись негромкие шаги.
Кто-то шел вверх по лестнице. И это были явно не ряженые весельчаки.
Незнакомец и Тэлли сорвались с места одновременно, ухватились за перила, вгляделись вниз, в узкий лестничный пролет.






