Как они не могут понять, что пришлось пережить Зейну, чтобы попасть сюда, чем он пожертвовал ради лечения!
— Я его не брошу.
— Тэлли… — вырвалось у Дэвида.
— Не стоит, — прервала его Мэдди. — Формально она до сих пор красотка.
— Нет! — возмутилась Тэлли.
— Ты даже правильное лекарство не приняла. — Мэдди положила руку на плечо Дэвида. — Все изменения в мозгу Тэлли сохранились. Ей проведут сканирование и даже не станут отправлять под нож. Решат, что она заявилась сюда просто на прогулку.
— Мама! — вскричал Дэвид. — Мы не бросим ее!
— А я с вами не уйду, — процедила сквозь зубы Тэлли.
Мэдди покачала головой.
— Вероятно, микротравмы не так важны, как мы думали раньше. Дэвид, твой отец всегда предполагал, что красотомыслие — для большинства людей всего-навсего естественное состояние. Они хотят быть плоскими, ленивыми и никчемными. — Мэдди зыркнула на Тэлли и добавила: — И эгоистичными. И нужно только самую малость повернуть ключик, чтобы эта часть их личности закрепилась намертво. И еще Эз всегда считал, что некоторые люди способны сами найти выход и взломать запертую дверь.
— Эз был прав, — тихо проговорила Тэлли. — Я выздоровела.
Дэвид страдальчески простонал:
— Выздоровела ты или нет, Тэлли, ты не можешь остаться! Я не хочу снова потерять тебя! Мама! Сделай же что-нибудь!
— Ты собрался с ней спорить? Вперед. — Мэдди крутанулась на каблуках и стремительно зашагала к выходу из обсерватории. — Мы отправляемся через две минуты, — сказала она, не оборачиваясь. — С тобой или без тебя.
Дэвид и Тэлли несколько секунд молчали. Это было почти как утром на Ржавых руинах. Ни он, ни она не знали, что сказать. Правда, Тэлли была вынуждена себе признаться в том, что лицо Дэвида больше не вызывает у нее отвращения. Может быть, купание в ледяном источнике избавило ее от последних красоточьих мыслей. А может быть, ей просто понадобилось несколько часов, чтобы соединить свои воспоминания и сны с реальностью…
Дэвид не был принцем — ни красивым, ни уродливым. Он был первым парнем, в которого она влюбилась, но не последним. Время и опыт разлуки изменили то, что было между ними.
Но что гораздо важнее, у нее теперь был другой. Да, ее воспоминания о Дэвиде стерли при операции, и это было несправедливо. Но с тех пор у нее появилось множество новых воспоминаний, и она не могла просто взять и обменять их на прежние. Они с Зейном помогли друг другу обрести просветленность, они, как каторжники, вместе носили интерфейсные браслеты, они вместе бежали из города… Она не могла бросить его. Тэлли слишком хорошо знала, каково это, когда тебя одну-одинешеньку везут в город.
Зейн был единственным человеком в ее жизни, которого она ни разу не предала, и она не собиралась делать этого сейчас. Она взяла его за руку.
— Я не брошу его.






