Пусть он меньше их ростом, зато вон какой проворный! Воробьишка прыгнул на Львенка, отпихнул его и протянул лапу за мышью.
Но вдруг котенок неуклюже оступился, покатился по земле и с ужасом почувствовал под боком вместо привычного мха теплые бока двух новорожденных Тростинкиных котят. Потом сразу четыре жесткие лапы сердито встряхнули его и вытолкали из гнезда.
— Я… я их раздавил? — испуганно прошептал Воробьишка.
— Разумеется, нет! — фыркнула Тростинка. — Ты такой маленький, что и блоху-то не раздавишь! — Словно в ответ на ее слова Лисенок и Ледышка еле слышно запищали, теснее прижимаясь к материнскому животу. — Но эта детская слишком тесна для вас троих!
— Прости, Тростинка, — извинилась Остролисточка.
— Прости, — смущенно повторил Воробьишка, хотя сердитые слова Тростинки больно ранили его самолюбие. К счастью, королева была отходчива. Она не могла долго на них сердиться — ведь молоко у Белки так и не появилось, и Тростинка кормила всех трех ее котят, пока у нее самой не родились Лисенок с Ледышкой.
— Скорее бы Огнезвезд сделал вас оруженосцами и перевел в их палатку, — проворчала она.
— Скорее бы! — мечтательно вздохнул Львенок.
— Уже недолго ждать! — заявила вездесущая Остролисточка. — Нам почти шесть месяцев!
При мысли о том, что он скоро станет оруженосцем, Воробьишка почувствовал знакомое волнение. Он не мог дождаться, когда его начнут учить! Он не видел Тростинку, но мгновенно почувствовал, что она смотрит на него с затаенной жалостью. Почему? Шерстка на его боках испуганно зашевелилась. Разве он чем-то хуже Львенка с Остролисточкой?
Но Тростинка даже не догадывалась, что котенок почувствовал ее сомнения. Обернувшись к Остролисточке, она ласково сказала:
— Но пока ведь еще нет шести, правда? А раз так, уж извольте вести себя пристойно! Марш из детской! Поиграйте на поляне.
— Хорошо, Тростинка, — кротко ответил Львенок.
— Пошли, Воробьишка, — скомандовала Остролисточка. — Возьми с собой мышку.
Ветки ежевичного куста громко зашуршали, и Воробьишка понял, что сестра вышла наружу.
Он осторожно взял в зубы мышь. Она была совсем свежая и очень мягкая. Он боялся прокусить ее и перепачкаться в крови — ведь с чистой мышкой можно отлично поиграть на поляне!
Воробьишка осторожно вышел из детской, чувствуя боками цепкие прикосновения ежевики. Острые колючки цеплялись за шерсть, но были не настолько длинны, чтобы больно оцарапать.
Снаружи пахло холодом и морозом. Огнезвезд лежал на Каменном карнизе вместе с Песчаной Бурей. Рядом с ними сидел Дым.
— Пора подумать о расширении воинской палатки, — докладывал он.






