ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

День Гнева – чтиво не для слабонервных. Роман основан на реальных фактах и состоит из двух частей. Первая посвящена 14-летним. Она о жутких, запредельных событиях, случившихся в одной из санаторных... День гнева Ольга Левицкая КНИГА ПЕРВАЯ. ЗВЕРИНОЕ ЦАРСТВО Возвращение тигра Мужчин в школе было всего двое, если не считать директора. Завхоз Георгий Федорович по прозвищу Гефест и физрук Модест Аркадьевич – крупный пожилой мужчина, очень серьезно относящийся к своему предмету. Он вел также кружок лечебной гимнастики. Отдельно можно было выделить Марину Алексеевну, пионервожатую. Молодая эффектная брюнетка двадцати восьми лет, с бюстом третьего размера, она была замужем уже шесть лет. Брак этот тяготил ее, равно как и нудная неперспективная работа с молодняком. Она искала только подходящего случая, чтобы попрощаться со школой навсегда. – Ну что, придурки? – Бибигоны несчастные! – Лямые... Побитые пацаны только сопели, не решаясь подняться с земли. Они с бессильной злостью исподлобья смотрели на своих обидчиков. – Чего вы?... Вадя, ну ладно, ну хватит... – Что значит хватит? Ух! – Индин выпучил гляделки и запел гнусавым голосом. – Ну-ка дети, встаньте в круг, встаньте в круг, встаньте в круг! ... Крутые пацаны заржали. Они уже поняли, что сейчас произойдет и предвкушали потеху. – Ну Вадя, ну ладно... – Лежащие на земле заныли, безуспешно пытаясь разжалобить пахана. – Ну-ка быстро!!! Глотая слезы от унижения, несчастные «хроники» встали на-карачки и построились в ряд, подставив свои зады для экзекуции. – Айн, цвай, драй! Разбежавшись, «индюшата» с размаху влепили своим жертвам таких увесистых пенделей, что те растанулись на земле во весь рост. – Класс! – заржали мучители. – Эх, жаль с ними Дрюньки нет. Как раз пять ног на пять жоп и вышло бы... Лиана Казимировна мнила себя дамой интеллигентной и образованной, по чистой случайности оказавшейся в этом лесном отстойнике. Она н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Андрей, ты чего?

Мститель медленно пошел вперед. Вадя съежился и закрыл лицо руками. Перед ним уже стояла грозная фигура.

– МЕНЯ ЗОВУТ ШЕР-ХАН!!!

– ВПЕРЕД, ВОЛЧАТА!!!

И они бросились вперед. Началось самое жуткое избиение, какого еще не видели эти старые стены. На беззащитные тела обрушился ураган ударов. Они сыпались со всех сторон, им не было конца. Пацаны словно обезумели. Они били, били и били, рыча от ярости. Вся злоба, вся ненависть, накопленная за долгие годы унижений, вырвалась наружу и бушевала, раскаленная добела.

Хоршев стоял у самого выхода, наблюдая одновременно за дракой и за коридором. Привлеченные шумом и криками, из палат высовывались испуганные головы. Он махал на них руками. – Назад, назад! – и те мгновенно исчезали снова.

Пол в «палате смерти» уже был залит кровью. Волчата подскальзывались, падали и уже лежа продолжали наносить удары, царапали и даже кусали.

– Все, хорош! Хватит с них. – Хоршев подошел к осатаневшим драчунам и оттащил их от окровавленных неподвижных жертв. – Пошли дальше. У нас еще много работы.

И началось то жуткое шествие, которое навечно вошло в анналы школьной истории как «Варфоломеевская ночь».

Разъяренные волчата, впервые вкусившие крови, шли по коридору, обходя палату за палатой. Врываясь в спальни, они включали свет и глядели на помертвевших ребят бешеными глазами. С ног до головы заляпанные кровью, рычащие от злости, они представляли собой зрелище настолько жуткое, что присутствие Шер-Хана уже не было столь необходимым. Никто и не думал сопротивляться.

– Этот!

Один из них тыкал пальцем, и вся свора набрасывалась на очередного обидчика. Через минуту остервенелой бойни, бросив на полу начисто вырубленную жертву, каратели переходили к следующей...

Алешка Малышев-Малыш, замерев, слушал как затаптывали кого-то в соседней палате. Оттуда неслись звуки ударов, крики бьющих и стоны избиваемого. – Следующие мы, – обреченно подумал он и посмотрел на соседей. Там царила полная паника. Санька Романцев по прозвище Романэс сжался в комок и ревел как белуга. Он-то никогда не упускал случая обозвать бибика или дать тому пинка. И сейчас понимал, что его-то уж точно не пропустят мимо. В попытке спастись он полез под кровать.

В дверях появилась огромная тень. Хоршев всматривался в темноту, затем включил свет и встал у прохода. В спальню по одному вбежали запыхавшиеся волчата. Шумно дыша, они стали оглядывать комнату.

– Где Романэс? – Белов подбежал к ближайшей койке и схватил лежащего там за горло. – Где Романэс??? Задушу, гаденыш!

Обмочившийся и обделавшийся Грузило трясущейся рукой показал под кровать. Волчата бросились туда и поволокли обреченного пацана наружу. Он цеплялся за ножки кровати, кричал и плакал, умоляя о пощаде. На него обрушился шквал ударов.