ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

"Метро 2033" Дмитрия Глуховского - культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж - полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная иг... Странник автор неизвестный Глава 1. ПОВЕРХНОСТЬ «А доллар-то упал. Как все хорошо шло и ничто не предвещало беды», — подумал Бум, бросив косой взгляд на чудом сохранившуюся табличку обменного пункта, где навечно застыл текущий курс валют последнего дня мира. Собственно черт с ним, с долларом и этим прошлым, которое не вернуть. Беспокоило его сейчас другое. Рассвет. Безжалостный лик светила поднимался из-за линии горизонта где-то там, за руинами города. Его не было видно, но отблески первых лучей в уцелевших стеклах еще стоявших зданий, уже напоминали о том, что они идут выжигать все живое. Лиловые оттенки светлеющего неба били по нервам. Он торопливо двигался к большому зданию. Это некогда был жилой многоэтажный и многоподъездный дом. День видимо придется переждать в нем. Уже сейчас космическое излучение проникало сюда через нависшую над городом озоновую дыру. Когда взойдет солнце, уже не будет вообще никаких шансов. Ничто его не спасет. Ни тяжелый панцирный костюм, хороший только при стычках с всякими когтистыми тварями, живущими на поверхности, ни маска, предохраняющая от всякой дряни и радиоактивной пыли в том числе. Бум пересекал широкий проспект, в очередной раз мысленно выражая благодарность крысам. Тем самым, которых все ненавидели и старались истребить. Обычным крысам конечно, а не мутантам всяким. Он-то знал, что обычные крысы чуют рентгеновское излучение. Есть у них в организме что-то, что позволяет им ощущать это излучение как запах, от которого надо держаться подальше. И он уважал крыс за это. Эти зверушки, наверное, единственные существа, которые умудрялись обитать в двух средах, как впрочем, и он, вольный сталкер Московского метро — Сергей Маломальский по п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Если рванет, то сгорим и мы, и нацики, и мирные люди, и воздух до ближайших станций, на которых удушье начнется! А ведь не факт что мозз в этой толпе!

Бойцы стали откатывать дрезину назад. В них уже стреляли, и они прятались за лобовым стальным щитом.

— Куда же вы отступаете, трусы?! — раздавались крики из толпы избиваемых и гибнущих гражданских.

До эскалаторов оставалось несколько десятков метров, как вдруг оттуда донесся какой-то шум. И практически сразу по ступенькам хлынула лавина крепких мужчин. Почти все они были облачены в черные одежды, распахнутые на груди и демонстрирующие тельняшки. У многих на головах были черные, либо голубые береты. У некоторых морские бескозырки.

— Братцы! — кричал себе за плечо бегущий впереди этой массы высокий крепыш, сжимающий в руке деревянную биту, утыканную на конце гвоздями. — Биться будем врукопашную! Там много гражданских и стрелять нельзя! Отстоим наше отечество от говняной, коричневой нечисти!

По соседнему эскалатору бежал какой-то кривоногий низкорослый чиновник в очках и размахивал кипой бумаг.

— Товарищ нарком! У нас же договор! Это какая-то ошибка или провокация! Надо вести переговоры! — покрикивал он.

— Пошел на хрен, упырь кабинетный! Я с фашистами никогда переговоров не вел и вести не буду! Братва! Полундра! Пленных не брать!

И братва подхватила боевой кличь с такой яростью и решимостью рвать врага на мелкие лоскуты, что испуганно отпрянули даже красноармейцы на дрезине. Черная волна в тельняшках хлынула на гранитный пол и с жутким гулом от топота кованых сапог и армейских ботинок с высоким берцем, рванулась вперед в едином порыве.

— Кузнецов! Кузнецов!!! — крикнул Сергей, предводителю этого черного урагана ярости, узнав в нем главного идеолога местных сталкеров, которых здесь называли красными следопытами. Однако тот, полностью поглощенный атакой, не обращал внимания ни на что постороннее. Две толпы вклинились друг в друга, и началось жуткое побоище. В ход пошло все. Заточки, арматура, трубы, палицы, кулаки, ремни, ноги, зубы. Вся и без того наполненная шумом станция теперь словно раздувалась под давлением яростных криков, воплей неописуемого ужаса и боли, мольбы о помощи и пощаде, и ударов всех подручных средств по живой плоти. Брызжущая кровь, падающие тела, хлюпанье подошв в красноватых лужах. Все смешалось воедино.

— Страныч, стой здесь! — крикнул Сергей напарнику, отдавая ему автомат и извлекая со штанины свой разводной ключ. — Я нашим помогу, а ты не лезь!

Во всей этой суматохе, Маломальский не заметил, как к ним быстро приблизилась группа из восьми человек. И среди этой группы был тот самый пограничник, который убежал от них.

— Вот эти гады! — Воскликнул пограничник, указывая пальцем на Сергея и Странника.