Словом, Сергей Сергеич видел большой ворох теплой одежды, передвигавшийся между яблонями. Но стоило ему поравняться, как она подняла голову.
- Уезжаете? - спросила она.
Сергей Сергеич, не ожидав такого, остановился. Принял как бы тем самым ее предложение поболтать.
- Да вот, уезжаю, - сказал он на всякий случай.
- Накупили домой, - она кивнула на его набитые авоськи. - Все накупают. Все родственники, кто приезжает в Москву, - уточнила женщина.
Она подошла поближе к штакетнику и смотрела из своего платка, словно из-за забрала. Сергей Сергеич тоже взглянул на свои авоськи, будто увидел их впервые, и сказал:
- Да вот… Накупил.
- У нас гостил мой двоюродный брат. Уехал тому неделю, тоже накупил всякой всячины. Еле утащил на вокзал, - сообщила она с готовностью.
Сергей Сергеич нейтрально промолчал.
- У вас там уже мороз, - произнесла она тоном, каким открывают продолжительную и неторопливую беседу. Очевидно, предыдущее было только присказкой. Затем из нее полилось.
Его она приняла за родственника Веселовых. Она так и спросила Сергея Сергеича:
- Вы ему, наверное, дядей?
- Да вот выходит, дядей, - сказал Сергей Сергеич, томясь.
Что ей тут наплел Веселов, об этом он не имел понятия. Тот такое сочинит порой, потом не расхлебаешь.
Он еле отвязался от говоруньи. Его все здесь начинало возмущать. Этот участок, который вытянут кишкой и поэтому до соседних дач подать рукой. Стоят по бокам, подпирают плечами.
Он поставил портфель и авоськи в прихожей, прислонив в углу, вошел в комнату, и его первый взгляд сразу уловил перемены. Внешне они не бросались в глаза. Разве что не там стояли стулья. Не там, где он их расставил накануне отъезда. И в сторону сдвинут стул.
Он заглянул за дверь и увидел остатки мусора. Здесь же торчало подобие веника - пучок голых прутьев.
Кто то старался скрыть следы, но впопыхах забыл на подоконнике окурки сигарет. Сергей Сергеич протянул палец и ковырнул один. На мятом мундштуке малиновые следы губ.
Сергей Сергеич взялся за дверную ручку и с силой хлопнул дверью. В ответ дробно звякнуло где-то в районе старого шкафа, который стоял в углу, из-под него врассыпную раскатились пустые бутылки.
- Так. Ясно, - сказал Сергей Сергеич и нахмурился.
Он собрал бутылки и вынес под крыльцо. Потом он обошел остальные комнаты, всюду натыкаясь на следы недавнего разгула. В воздухе плотно висел запах скисшего вина и жженого табака. В доме было холодно, и этот неприятный дух остро резал ноздри. Сергей Сергеич покашлял и распахнул окна.
Гадать тут было нечего - это Веселов устраивал очередную свистопляску со своей оравой лоботрясов, невзирая на запрет.
Его возмущало само существование этого нахального парня, от которого духами и водкой несло за версту И неуважением к старшим.
Он подобрал Веселова в кафе на улице Горького.






