Жюли
(Минару)
. Если вы хотите, Адольф, чтобы наша любовь сияла на виду у всех, на светских празднествах, как сияет она в наших сердцах, то выкажите столько же мужества, сколько выказала я.
Минар
. Что случилось?
Жюли
. Моей руки просит богатый человек, и отец безжалостен.
Минар
. Я его уговорю!
Меркаде
(входит)
. Итак, сударь, вы любите мою дочь?
Минар
. Да, сударь.
Меркаде
. По крайней мере она так думает. Вам удалось убедить ее в этом...
Минар
. В ваших словах слышится недоверие, и в любых других устах это звучало бы оскорблением. Как же не любить мне Жюли? Я был брошен родителями, у меня нет иной поддержки, кроме покровительства доброго господина Дюваля, который с девяти лет заменил мне отца... Я в вашей дочери, сударь, встретил единственного человека, благодаря которому мне было дано познать благостное чувство привязанности. Жюли — и сестра мне и друг, она — все мое семейство! Только она и улыбалась мне, только она и ободряла меня, и потому нет слов выразить, как я люблю ее.
Жюли
. Уйти мне, папенька?
Меркаде
(дочери)
. Кокетка!
(Минару.)
Сударь, насчет любви я придерживаюсь самых положительных воззрений, которые молодыми влюбленными обычно ставятся в упрек старикам. Недоверие мое тем более законно, что я не принадлежу к числу отцов, ослепленных своим отеческим чувством: я вижу Жюли такою, какова она есть. Она не дурнушка, но и не блещет тою красотой, при виде которой каждый невольно ахнет. Жюли ни хороша, ни уродлива.
Минар
. Вы ошибаетесь, сударь. Осмелюсь вам заметить, что вы не знаете своей Жюли...
Меркаде
. О, отлично знаю... так же, как...
Минар
. Нет, сударь, вы знаете лишь ту Жюли, которую видят и знают все; но любовь преображает ее. Нежность, преданность придают ей дивную красоту, и эта красота создана одним только мною.
Жюли
. Отец, я смущена...
Меркаде
. Скажи лучше: «польщена»... И если он твердит тебе такие вещи...
Минар
. Твержу их сто, тысячу раз и не могу натвердиться! Что худого повторить их в присутствии отца?
Меркаде
. Вы льстите мне. А я-то воображал, что я ей отец, но, оказывается, вы — отец некоей Жюли, с которой я сам не прочь бы познакомиться. Послушайте, молодой человек, откройте же глаза! Основательные и прекрасные достоинства души могут — согласен — изменять выражение лица; ну, а цвет кожи? Жюли скромная и непритязательная девушка, она знает, что цвет лица у нее смуглый, а черты, как бы сказать... не совсем того...
Жюли
. Папенька!
Минар
. Неужели вы никогда не были влюблены?
Меркаде
. Очень даже был влюблен! И я, подобно каждому мужчине, достаточно долго тянул эту позолоченную лямку.
Минар
. Но когда это было!.. А мы, теперешние, любим иначе, лучше...
Меркаде
. Позвольте узнать, в чем же именно?
Минар
. Мы привязываемся к душе, к идеалу.
Меркаде
. Ах, так вот почему моя дочь вдруг стала такой красавицей...






