Феликс
. Сударь! Барыня беспокоится.
Фердинанд
. Скажи, что я занят.
Феликс уходит.
Дорогой Эжен, в случае, если генерал... А он, как все старые вояки не у дел, очень любопытен... Так вот, если он спросит, где мы с тобою встретились, — не забудь сказать, что на главной аллее. Это для меня очень важно. Вернемся, однако, к делу. Значит, ты приехал сюда из-за жены нашего старшего мастера, Шампаня? Но ведь он невинен, как младенец.
Рамель
. Ты веришь этому? А мы, судейские, за то и получаем жалованье, чтобы не верить. Я вижу, ты все тот же, ничуть не переменился за годы нашей разлуки, — все такой же благородный, восторженный юноша, словом — поэт. Поэт, который вкладывает поэзию в жизнь, вместо того чтобы выкладывать ее на бумагу... который верит в добро, в красоту. Ну, а царица твоих грез, твоя Гертруда, — что с нею сталось?
Фердинанд
. Тс! Нет, не министр юстиции, а само небо послало тебя в Лувье, — ибо я поистине в ужасном положении, и сейчас мне особенно нужен друг. Слушай, Эжен, поди сюда. Я обращаюсь к тебе как к школьному товарищу, как к наперснику юности; надеюсь, для меня ты никогда не будешь прокурором? Из моих признаний ты поймешь, что должен хранить их свято в тайне, как духовник.
Рамель
. Уж не уголовное ли что-нибудь?
Фердинанд
. Брось! Такое преступление охотно совершил бы любой судья.
Рамель
. А не то я отказался бы тебя слушать или же, выслушав...
Фердинанд
. Что?
Рамель
. Просил бы перевести меня.
Фердинанд
. Ты все такой же, мой добрый, мой лучший друг. Так вот, уже три года как я люблю мадемуазель Полину де Граншан, и она...
Рамель
. Достаточно! Я уже все понял. В нормандской глуши... вы разыгрываете Ромео и Джульетту...
Фердинанд
. С тою лишь разницей, что наследственная рознь, разделявшая этих двух влюбленных, — пустяк по сравнению с той ненавистью, какую питает генерал де Граншан к сыну предателя Маркандаля!
Рамель
. Но ведь через три года Полина де Граншан будет независима; она сама богата, мне это известно от Будвилей. Вы уедете в Швейцарию и проживете там, пока не уляжется гнев генерала, а в случае надобности — почтительно вынудите его признать ваш брак
[7]
.
Фердинанд
. Неужели я стал бы искать твоей помощи, если бы можно было надеяться на такую обыкновенную, легкую развязку?
Рамель
. А, понимаю! Ты женился на Гертруде, на своем ангеле... который, подобно всем ангелам, превратился в... законную супругу?
Фердинанд
. Во сто раз хуже! Гертруда, друг мой, это... госпожа де Граншан.
Рамель
. Ого! Как же тебя угораздило попасть в такое осиное гнездо!
Фердинанд
. Как вообще попадаешь во всякое осиное гнездо, — в надежде найти там мед.
Рамель
. Положение весьма серьезно! В таком случае не скрывай от меня ничего.
Фердинанд
.






