И мне это не понравилось, поэтому я покончила с этим навсегда!
— Лесли говорит, что ее дар предвидения был настолько силен, что ей стало страшно, — сказала Пай, — поэтому она решила спрятать его подальше и старается изо всех сил подавить его. Трезвомыслящие скептики не любят пугать себя знакомством с необычными способностями.
— Мой дорогой штурман, — сказал я, — что же здесь удивительного. Ведь не ты хотела вернуться в наш обычный мир, а я. И не я могу силой мысли заставить Ворчуна взлететь, а ты.
— Что за глупости, — запротестовала Лесли. — Да я бы никогда не полетела на гидросамолете и вообще не села бы в самолет, если бы не ты! И вся эта поездка в Лос-Анжелес была твоей идеей…
— Что правда, то правда. Именно я уговорил Лесли покинуть ее любимые цветы и отправиться в Спринг-Хилл. Но новые идеи — это наша жизнь: духовный рост и радость, напряженная работа и отдых. Из ниоткуда к нам приходят вопросы, они дразнят и мучают нас, а заманчивые ответы приплясывают там, в дали, зовя нас к разгадке, требуя, чтобы мы выразили наше новое знание, или подсказывают, куда нам отправиться и что нам надо сделать. Мы с Лесли очень любим новые идеи.
И тут же мне захотелось узнать, почему это так.
— Пай, откуда к нам проходят идеи? — спросил я.
— Влево на 10 градусов, — ответила она.
— Что ты сказала? — переспросил я. — Нет, я говорю идеи… Они просто… появляются так неожиданно. Почему?
— В этой картине скрыт ответ на любой вопрос, — сказала она. — Сделай поворот влево, сейчас уже на 20 градусов, и иди на посадку.
С нашим новым другом, столь продвинутым духовно, я чувствовал себя, как когда-то с летным инструктором — пока он был рядом, я не боялся сделать даже самый рискованный трюк.
— О'кей, дорогая? — спросил я жену. — Ты готова?
Она кивнула, предвкушая новое приключение.
Я развернул гидросамалет и, следуя указаниям Пай, начал снижаться. — Выровняйся над этой яркой желтой полосой, вперед, добавь чуть-чуть газа, — и наконец, — здесь! Точная посадка!
Место, куда мы попали, было похоже на гигантскую адскую кухню. В печах бушевало и ревело пламя. Под самой крышей, покачиваясь, плыли чудовещные ковши с расплавом, подвешенные к мостовым кранам.
— О, боже… — сказал я.
По ближайшему проходу подкатила небольшая электротележка, с нее спрыгнула стройная девушка в комбинезоне и защитной каске и направилась к нам. Может быть, она и поздоровалась, но в этом грохоте металла и реве пламени слов было не разобрать.
Она оказалась хрупкой девушкой с ярко-голубыми глазами, из-под каски струились белокурые локоны.
— Неплохое местечко, правда? — прокричала она вместо приветствия. Судя по ее голосу, она гордилась этим заводом.






