ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Полк янки-северян под командованием Эндрю Кипа вот уже десятый год вместе с другими народами, заброшенными на неведомую планету Валдению, ведет борьбу с ее кровожадными правителями — безжалостными... Боевой гимн Уильям Р Форстен Предисловие Тот, кто изучает историю войн между людьми и ордой на Валдении, нередко сталкивается с трудностями при толковании военных, технических и политических терминов. К тому же обе враждующие стороны говорят на множестве различных языков, из-за чего подчас просто невозможно разобраться, какое именно понятие имеется в виду. В связи с этим автор считает необходимым ввести общую терминологию, основанную на американском словоупотреблении времен Гражданской войны. Так, например, в этой и в последующих хрониках военные подразделения орды будут называться полками; оснащенные паровыми двигателями повозки, движущиеся по железным рельсам, — паровозами; защищенные броней корабли — броненосцами. Если бы автор использовал для обозначения этих понятий слова орды — кагт-умен, вагга ка кугамарк и вагга ка кскиере, — это привело бы только к путанице. Войско Республики было организовано подобно армии северян во время Гражданской войны. Отличие только в том, что численный состав полков и батарей был иным. Полк северян состоял из тысячи рядовых и тридцати пяти офицеров, а в батарее почти всегда было шесть орудий. В полку Армии Республики было пятьсот солдат и двадцать шесть офицеров, батареи были четырехпушечными. Во время войн с тугарами и мерками у каждого полка было еще по две пушки, стрелявшие четырехфунтовыми ядрами. Эндрю Лоуренс Кин, создатель Армии Республики, позаимствовал эту идею у европейских войск семнадцатого и восемнадцатого веков. Через два года после окончания Меркской войны в связи со стандартизацией процесса изготовления ружей и введения в строй орудий, заряжающихся с казенной части, огневая мощь полков возросла настолько, что от использов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да, они перехитрили его, но в глубине души Ганс знал, что пока он не будет осознанно есть человеческое мясо, он останется несломленным. И не только это удерживало его от самоубийства. Новое чувство, оно пришло так неожиданно.

Завернувшись в грязное одеяло, она спала в дальнем углу юрты, свернувшись калачиком, как ребенок. «Да ведь она и в самом деле почти ребенок, ей не больше двадцати-двадцати двух, а мне уже за пятьдесят», — подумал Ганс. Он присел рядом с ней. Девушка зашевелилась во сне, что-то пробормотала, и на ее лице появилось выражение тревоги. Ганс не сводил с нее глаз. Тамира вздохнула, и с ее лица исчезла тень беспокойства. Она продолжала спать.

Ганс легонько поцеловал ее в лоб и поднялся на ноги.

«Как я позволил этому случиться? Никогда раньше, и вдруг… Может быть, это произошло потому, что в атмосфере постоянного страха и кошмара я испытывал необходимость в какой-то искре, в чьей-то нежности. Чтобы на краю этой пропасти рядом со мной кто-то был. — Ганс снова посмотрел на нее. — Нет, дело не в этом. Где бы я ни встретил ее — здесь, на Руси или в Штатах — все было бы точно так же. Это смуглое лицо, золотые миндалевидные глаза… Как называется этот народ там, на Земле? Если бы Эндрю или этот чертов Эмил были здесь, они бы мне сказали. Индусы, а может, одно из племен тихоокеанских островов».

Он вспомнил матросские байки о туземках с тропических островов и моряках, которые убегали с кораблей и никогда не возвращались домой, и улыбнулся. Глядя на Тамиру, он охотно верил в эти истории. И что это с ним случилось? Неужели из-за страха? В конце концов, он ей в отцы годится. Нет, дело не в страхе. Их связывало что-то глубокое, что нельзя было выразить ни на одном языке мира.

«Если бы я встретил ее дома, в Штатах, или еще раньше, в Германии, стал бы я солдатом? — спросил он себя. — Глупый вопрос. Я тот, кто я есть, — старший сержант Ганс Шудер, bei Gott».

Именно из-за нее он не хотел умирать и продолжал жить в этом аду.

Спящая девушка судорожным движением свернулась в клубочек, с ее губ слетел приглушенный вздох. Гансу захотелось упасть на колени рядом с ней и запечатлеть на ее лице легкий поцелуй. Нет, он может ее разбудить.

Шудер вновь обвел взглядом юрту. Зачем их сюда привели? Он подозревал, что стал частью какой-то сделки. Иначе с чего бы его и множество других пленников отделили от остатков меркской орды и отогнали на сотни миль на восток? Этим утром он увидел огромное становище бантагов — тысячи юрт, заполнивших равнину вплоть до горизонта. Местность напоминала прерии его второй родины, где он столько лет провел в стычках с команчами.

Когда их обоих отвели в отдельную юрту, Тамира решила, что они предназначены для пиршественного стола на Празднике Луны.