— Благодарю, братан, за деньги, которые ты передал блатным, — сказал Слива, вытаскивая пачку «Marlboro» из принесенных Антоном двух блоков сигарет, — они от меня отстали. Гадом буду, освобожусь, все отдам.
— Что? — переспросил Антон Сергеевич, он думал совершенно о другом и поэтому сразу даже и не понял о каких деньгах говорит Слива. — Ах, это… ерунда. Ты главное больше не садись с шулерами играть.
— Да что ж я совсем дурной, — ответил Слива, затягиваясь ароматным дымом сигареты.
— Понимаешь, если бы Мария Ивановна, моя мать, то есть твоя мать, была бы по документам официально тебе матерью, то можно было бы как-то договориться, чтобы тебя отпустили ненадолго. Но ведь она тебе формально совсем чужой человек!
— Да, это вопрос, — ответил Слива, покуривая, — а у тебя вообще денег много?
Антон Сергеевич, не готовый к такому прямому вопросу, внимательно посмотрел на Сливу и спросил:
— Мне хватает на жизнь. А что?
— Можно было бы мне отсюда убежать, — шепотом ответил Слива, — я давно собирался, план есть, только нужно кое-кому заплатить, а у меня столько нет. А денег нужно немало.
— Как убежать? — с недоумением переспросил у него Антон. — А что ты будешь делать, оказавшись на свободе? Всю жизнь скрываться? Прятаться?
— Зачем скрываться? Делаем мне новые документы и я становлюсь другим человеком. Менты искать будут Сливянского, а я стану Ивановым или Петровым. Подумай, что для тебя важнее, чтобы мать перед смертью увидела своего сына или же какие-то законы, придуманные теми, кто сам эти законы нарушает?
Антон Сергеевич отрицательно покачал головой. Но он был убежден, что помогать Сливе в побеге он не будет ни при каких обстоятельствах. Но, с другой стороны, и везти сюда, за сотни километров больную мать не представлялось возможным. Выхода из сложившейся ситуации не было никакого и видимо на лице Антона промелькнула тень сомнения. Видя это, Слива усилил натиск.
— Тем более, что я был несправедливо осужден, — сказал он, — я вообще не должен был сидеть, потому что я невиновен…
— Несправедливо осужден? — переспросил Антон. — Но ты же срок отбываешь за вооруженный грабеж? Я узнавал это. Или я ошибаюсь?
— Ну, точно, вооруженный грабеж мне приписали, — согласился Слива, покуривая сигарету, — но на самом деле никакого грабежа не было.
— Как это? — спросил Антон Сергеевич. — Ты ангелом не прикидывайся, я твое уголовное дело читал!
— А ты не наезжай на меня, если всей правды не знаешь, — ответил Слива.
— А ты мне расскажи, чтобы я знал, — предложил Антон Сергеевич.
Слива затянулся с глубокомысленным видом, устремив свой взгляд в облезлый потолок и начал рассказывать:
— Дело было так, значит. Я ведь тоже когда-то занимался крупным бизнесом, почти как ты, у меня тоже когда-то были немалые деньги.






