ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Более десяти лет прошло с тех пор, как злосчастный полк северян-янки под командованием Эндрю Кина, затерявшись во времени и пространстве, очутился на далекой, враждебной планете и был вынужден всту... Бригада Уильям Р Форстен Глава 1 Было ужасно холодно. Генерал-лейтенант Патрик О'Дональд, командующий Восточной армией, стоял посреди бушующей вьюги. Мир вокруг него растворился, и на мгновение Пэт словно провалился в леденящую пустоту, белое покрывало, которое не оставит ни капли тепла в его душе. — Генерал, посмотрите туда. Слова прозвучали тихо и глухо и тут же унеслись в заснеженную темноту. Резкий порыв ветра с северо-запада развеял снежную пелену, приподнявшуюся, словно занавес, над горизонтом. Пэт посмотрел в свой полевой бинокль туда, куда указывал адъютант. Ничего. Он опустил бинокль и взглянул на адъютанта. — Поверьте мне, сэр, они там. Я почти чувствую их запах. Пэт кивнул. Адъютант был молод и зорок, и Пэт решил положиться на него. — Мы ждем ваших указаний, сэр. Пэт ничего не сказал и снова посмотрел в бинокль. На мгновение на вершине холма он совершенно ясно увидел гигантские сосны с темнеющими на фоне вьюги стволами. Было там что-то еще или нет — трудно сказать. На фоне деревьев виднелись грязно-белые пятна — дым от костров, а может, и от броневиков тоже. И вдруг Пэт разглядел чью-то тень среди сосен. Кто-то топтался на месте, размахивая руками. Ему тоже было холодно. Он был высокого роста — восемь или даже девять футов. Бантаг! Он поднес к лицу полевой бинокль и посмотрел в сторону Пэта. Пэт не двигался. Бантаг опустил бинокль и что-то сказал стоящему у него за спиной. Тот, другой, находился на заднем склоне холма, поэтому Пэт его не видел. Их караульные наверняка были сильно утомлены долгой бессонной ночью, мечтали об отдыхе, костре и теплой еде. Пэт не хотел думать о том, что они едят. Вчера 6-й Русский полк конной пехоты попал в засаду. Бантаги, эти сво

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На мгновение его охватило искушение арестовать Марка или даже пристрелить его на месте, но Пэт понимал, что он никогда не пойдет на такое. Этот поступок приведет не просто к сдаче, но к гражданской войне между его солдатами. Игра была закончена, у него больше не осталось ходов.

Хотя было совершенно очевидно, что и у бантагов не все в порядке. С рассветом интенсивность их огня значительно снизилась и продолжала угасать в течение всего дня. Тем не менее враги упорно штурмовали внутренние укрепления, и в одном месте им даже удалось на время захватить участок стены, прежде чем люди отбросили их обратно.

Все больше и больше римских пехотинцев дезертировали из своих частей, и Пэт не мог винить их за это. Город был охвачен паникой, люди считали, что бой уже проигран, и потому многие солдаты бросались на поиски своих семей — хотя бы только для того, чтобы вместе встретить смерть.

Ирландец вновь взглянул в глаза Марку.

— Никогда в жизни не думал, что скажу кому-нибудь эти слова, — вздохнул он. — Марк, я умоляю тебя. Я знаю, что в этой битве настал поворотный момент. Я так долго был солдатом, что не могу ошибиться в этом. Ганс перерезал их коммуникации, они остались без боеприпасов. Если мы продержимся до захода солнца, победа за нами.

— К заходу солнца бантаги будут в цитадели. А когда они сюда ворвутся, мы уже не сможем принять их предложение о сдаче. Они убьют всех. Сейчас я должен думать о своем народе, Пэт. Ты доблестно сражался, но бой проигран. Я обязан спасти то, что еще осталось.

— Я не могу с этим согласиться. Эндрю никогда бы на такое не пошел.

— Но Эндрю больше не командует армией, — покачал головой римлянин.

— А вот с этим я не согласен, Марк, — раздался чей-то голос из дальнего угла комнаты.

Пэт вскочил со стула, его челюсть отвисла чуть не до пола, словно он увидел привидение. На мгновение ему и впрямь показалось, что Эндрю Кин отошел в мир иной и его призрак явился сюда, чтобы проститься со своими друзьями. Синий мундир свисал с плеч полковника, как с вешалки. Лицо Эндрю было бледнее, чем у чахоточного больного. Прежними оставались только глаза, светло-голубые глаза, взгляд которых иногда казался пустым и отсутствующим, однако уже в следующий миг загорался огнем боя. Как сейчас.

В штабе воцарилось молчание, никто не осмеливался пошевелиться. Усталые офицеры, подавленные последними неудачами, уставились на своего командира и вдруг, словно по сигналу, поднялись со своих мест. В гробовой тишине Эндрю медленно проковылял к столу, на котором лежала карта города. Стрелками были отмечены направления вражеских ударов, кусочки дерева обозначали части республиканской армии. Теперь все они сосредоточились внутри цитадели или были полностью окружены в предместьях.