ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Все красное» – так метко Иоанна перевела с датского название местечка Аллерод в Дании и, как говорится, «накаркала». Название оказалось провидческим.На веселой вечеринке польских друзей происходит... Всё красное Иоанна Хмелевская Действующие лица, живые, мертвые и потерпевшие 1. Алиция – невероятно гостеприимная хозяйка дома. 2. Зося – подруга Алиции, приглашенная провести скучный отпуск в ее доме. 3. Павел – сын Зоси, молодой человек, только что окончивший школу. 4. Эдик – старый поклонник Алиции, приехавший по ее приглашению, но раньше назначенного срока. 5. Лешек – друг Алиции, приехавший без приглашения. 6. Эльжбета – дочь Лешека, самостоятельная молодая дама, в Дании проездом. 7. Эва – красавица полька, жена датчанина, постоянно проживающая в Дании. 8. Рой – муж Эвы, обожающий жену сверх всякой меры. 9. Анита – журналистка, ведущая весьма активный образ жизни. 10. Генрих – датский муж Аниты с ангельски спокойным характером. 11. Герр Мульдгорд – датский полицейский со знанием польского языка. 12. Казик – жертва любви к Эльжбете. 13. Тип в красной рубашке – таинственная личность, то и дело путается по ходу действия. 14. Владя – знакомый Алиции, вроде бы приглашенный ею вместе с женой. 15. Марианна – швейцарская жена Влади. 16. Агнешка – неприятельница Эльжбеты, приглашенная Алицией вынужденно. 17. Тетя – поразительно энергичная датская старушка, вовсе не приглашенная. 18. Кенгуриxа – австралийская родственница, проявляющаяся только в телефонных разговорах, зато в самое неподходящее время. 19. Грета – датская кузина Алиции, вызывающая противоречивые чувства. 20. Бобусь – сначала друг, а потом враг Алиции, прибывший из Англии. 21. Белая Глиста – любовница Бобуся, приехавшая из Польши. 22. Фру Xансен – домработница Алиции, безвинная жертва собственной фамилии. 23. Торстен – племянник Алиции, чрезвычайно приятный молодой человек. 24. Совершенно посторонний мужчина, ко

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Аллерод» означает «все красное»!

– Сама ты красная! – вспылила Алиция. – Не веришь – посмотри в словаре и перестань молоть ерунду.

Бросалось в глаза, что она вообще была какая-то нервная и излишне легко раздражалась. Почему – я не успела узнать, так как время в пути у нас целиком заняло «все красное», а когда приехали, оказалось, что дом Алиции переполнен гостями и поговорить с ней не было никакой возможности. Тем более, что я с ходу заразила их «всем красным» и они сразу же согласились с моей трактовкой. Это ухудшило и без того плохое настроение Алиции.

– Располагайся, помойся с дороги, вообще делай, что хочешь, только оставь меня в покое, – сказала она раздраженно. – С минуты на минуту должны явиться остальные гости.

Остальные гости! Не требовалось особой наблюдательности, чтобы понять – я угодила на какое-то на редкость грандиозное сборище, вот только пока неясно: кто из гостей проживает в доме, а кто – гость приходящий; из проживающих же – кто приехал надолго, а кто лишь на несколько дней. Информацию я получила от Павла, сына Зоси, нашей общей с Алицией подруги. Сама Зося, неимоверно замотанная, была по уши занята на кухне и у нее не нашлось ни секунды для общения со мной.

– Когда мы приехали, Эльжбета уже тут жила, – просвещал меня Павел. – И сейчас живет. Эдик приехал сразу же после нас, три дня назад, а Лешек сегодня утром.

Приходящих четыре штуки: Анита с Генрихом и Эва с этим… как его… Роем. Алиция психует, мать психует, а Эдик пьет.

– Все время?

– Похоже, все.

– А сегодня Содом и Гоморра по какому случаю?

– Обмываем лампу.

– Какую еще лампу?

– Такой фонарь на длинной ножке, для садика, ну, знаешь, вроде торшера. А поставили эту лампу на террасе. Алиции на именины подарил ее, кажется, Енс, а может, еще какой родственник, хочешь не хочешь, пришлось поставить. На террасе. Датское обмывание уже состоялось, сегодня наше, польское.

Прибыли ожидаемые гости, и я с радостью встретилась с Эвой и Анитой, которых не видела почти два года. Обе очень похорошели. По сравнению с подчеркнуто беленькой Эвой сильно загоревшая худенькая Анита с большой шапкой черных вьющихся волос выглядела мулаткой. Ее датский муж Генрих, обычно добродушный и спокойный, показался мне как будто немного вздрюченным. Рой, датский муж Эвы, высокий, худой, очень светлый блондин, беспрестанно открывал в улыбке ослепительные зубы и смотрел на жену с еще большим обожанием, чем два года назад. Я подумала: похоже, Эва хорошеет в атмосфере окружающих ее нежных чувств, а Анита – в атмосфере скандалов и ссор. Каждой свое.

После ужина гости переместились на террасу, и торжество достигло апогея. Виновница торжества светила красным светом на высоте не более метра от земли, освещая лишь ноги расположившихся вокруг нее в креслах гостей.