Луцилла предостерегла себя: проявления этой болезни всегда одни и те же. Стоит только посмотреть на процветающую ферму этого Раввина! Ушел на пенсию, перестав практиковать? Луцилла видела, что было за этим скромным фасадом: слуги, богатые апартаменты. Но было и нечто большее. И не важно, какая система, выгоды всегда одинаковы — лучшая еда, красивые любовницы, неограниченные возможности путешествовать, лучшие условия жизни.
Начинаешь скучать, когда видишь это так же часто, как мы.
Луцилла нервничала, но ничего не могла с собой поделать.
Выживание. Самая искренняя, самая глубинная потребность — это потребность выжить. Я же угрожаю выживанию Раввина и его народа.
Он вел себя очень угодливо.
Всегда остерегайтесь тех, кто стелется перед вами, кто носом чувствует ту власть, которой вы, по его мнению, обладаете. Как это льстит самолюбию — лицезрение толпы слуг, которые, глядя на вас преданными глазами, ждут вашего приказа, мановения руки, чтобы выполнить любое ваше желание! Такое отношение делает человека моральным инвалидом.
Именно в этом состоит ошибка Досточтимых Матрон.
Почему Раввин задерживается?
Хочет узнать, сколько он сможет получить за голову Преподобной Матери Луциллы?
Входная дверь на первом этаже хлопнула с такой силой, что под ногами Луциллы содрогнулся пол. На лестнице послышались торопливые тяжелые шаги. Как примитивен этот народ! Подумать только — лестница! Луцилла обернулась, когда открылась дверь в комнату. Раввин, окутанный духом меланжи, шагнул через порог. Весь вид его подтверждал худшие опасения Луциллы.
— Простите за опоздание, дорогая леди. Меня вызывали на допрос к Эдрику, Гильд-навигатору.
Так вот откуда запах Пряности. Навигаторы постоянно буквально купались в оранжевом облаке меланжи. За ее парами черты их лиц зачастую казались расплывчатыми. Луцилла ясно представила себе безобразные черты Гильд-навигатора — крошечный ротик, изогнутый в виде латинской V, приплюснутый, распластанный по физиономии нос, гигантское лицо с пульсирующими висками. Луцилла легко могла себе представить, какими угрожающими казались Раввину раскаты голоса навигатора, слова которого механически переводились транслятором на безличный галахский.
— Что он хотел?
— Вас.
— Он…
— Он ничего не знает точно, но подозревает нас. Впрочем, сейчас он подозревает всех.
— Они следят за вами?
— В этом нет необходимости. Они смогут найти меня в любой момент, когда только пожелают.
— Что будем делать? — Она понимала, что говорит слишком громко и слишком быстро.
— Дорогая леди… — Он подошел к Преподобной Матери на три шага, и Луцилла увидела капельки пота на его лбу и носу. Страх. Она явственно чувствовала его запах.






