ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бене Тлейлаксу, планета Ракис и еще множество других планет, организаций и людей уничтожены Досточтимыми Матронами.Бене Гессерит удается воспроизвести гхола погибшего военачальника Тега, Шиана стан... Капитул Дюны Фрэнк Херберт *** Те, кто желает повторения прошлого, должны преподавать историю. Кодекс Бене Гессерит Когда первого младенца гхола доставили в Капитул из первой, принадлежавшей Ордену лаборатории, Верховная Мать Дарви Одраде приказала устроить по этому поводу скромное торжество в столовой, расположенной на крыше Центральной Башни. Было раннее утро, и два других члена Совета — Тамалейн и Беллонда — проявляли нетерпение, хотя завтрак был сервирован личным поваром Одраде. — Не всякой женщине удается праздновать появление на свет собственного отца, — шутливо заметила Одраде после того, как Тамалейн и Беллонда высказали свое недовольство: им не пристало тратить время на пустяки при их неимоверной занятости. На шутку вяло отреагировала лишь пожилая Тамалейн. На ее лице появилась кривая усмешка. Заплывшее жиром лицо Беллонды оставалось бесстрастным, что для этой женщины было равносильно злобной гримасе. Разве возможно, мысленно удивилась Одраде, чтобы Белл так открыто выражала свое недовольство по поводу относительной роскоши апартаментов Верховной Матери? Конечно, покои несли на себе отпечаток власти, но это была необходимость, отражавшая многочисленные обязанности Верховной, а не возвышение над остальными Сестрами. Небольшая столовая позволяла во время еды обсуждать дела вместе с помощниками. Беллонда демонстративно оглядывалась по сторонам, всем своим видом выражая желание поскорее уйти. Одраде так и не смогла, несмотря на все усилия, пробить брешь в броне холодного отчуждения, которой окружила себя Беллонда. — У меня было очень странное чувство, когда я держала младенца на руках и думала: Это мой отец, — заговорила Одраде. — Ты уже говорила это, я слышала, — у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Шиана вспомнила Великого Шаи-Хулуда, «старика Пустыни», который был так огромен, что мог свободно проглотить средних размеров фабрику по производству Пряности. Его кольца были тверды, как пластрет. Хозяин своего владения. Бог и дьявол Пустыни. Вид из окна придавал ей силы.

Почему Тиран выбрал симбиоз именно с телом червя?

Несут ли эти карликовые черви частицы вечного сна Тирана?

Эту Пустыню населяли песчаные форели. Сделай из них себе новую кожу, и ты сможешь последовать по пути Тирана.

Метаморфоз. Расщепленный Бог.

Она осознавала, насколько велик соблазн.

Осмелюсь ли я?

Она вспомнила последние дни своего невежества. Сколько ей тогда было? Около восьми лет, и было это в месяце Игат на Дюне.

Не на Ракисе, на Дюне, как называли эту планету мои предки.

Нетрудно вспомнить, какой она была тогда. Стройная загорелая до черноты девчонка с выгоревшими на солнце волосами. Она бегала в Пустыню за меланжей (это было поручение взрослых) вместе со своими друзьями и сверстниками. Как дорога была ей сейчас эта память.

Но у памяти была и своя темная сторона. Сосредоточившись, она уловила резкий запах: масса предпряности!

Выброс!

Взрыв Пряности предвещал появление Шайтана. Ни один песчаный червь не мог спокойно отнестись к взрыву Пряности на своей территории.

Ты пожрал все, Тиран. Все эти лачуги и хибарки, которые мы называли своим домом, ты погубил всех моих друзей и наши семьи. Почему ты пощадил меня?

Какая ярость сотрясала тогда тельце маленькой девочки. Все, что она любила, было сожрано и сожжено адским пламенем, а это гигантское чудовище отказалось принести ее в жертву себе и доставило ракийским жрецам, а потом отдало в руки Бене Гессерит.

Она говорит с ним, и он щадит ее.

— Я не смогла сохранить тех, кто сохранил меня, — сказала она Одраде.

И вот теперь Одраде знает, что я должна сделать.

Ты не можешь подавить дикую природу, Дар. Я могу называть тебя Дар, потому что теперь ты живешь во мне.

Но ответа не было.

Есть ли в каждом новом песчаном черве жемчужина сознания Лето Второго? Фрименские предки утверждали, что это так.

Кто-то принес ей сандвич. Валли, старшая послушница, надзирающая за порядком на Наблюдательной вышке.

Это было сделано по моему настоянию, когда Одраде ввела меня в Совет, но не только потому, что Валли изучила мою способность противостоять сексуальным уловкам Досточтимых Матрон. И не только потому, что она хорошо знает мои вкусы и привязанности. Мы говорим на одном тайном языке, Валли и я.

Большие глаза Валли не смотрели теперь постоянно куда-то внутрь себя. Теперь в ее глазах был виден барьер, воздвигнутый на пути испытующих посторонних взглядов. Белки глаз стали уже голубоватыми, этот цвет станет интенсивно синим, когда Валли переживет агонию испытания Пряностью.