К его удивлению и большому удовольствию, его мальчики выразили желание взять на себя все обслуживание и контроль над процессом развития эмбрионов. Генрих лично инструктировал сыновей, и отметил неподдельный интерес и жадное внимание, с которым его слушал Глеб. И Генрих подумал, что если этот интерес не угаснет, он пошлет старшего сына в университет на факультет микробиологии.
В свободные минуты Шварц мысленно продолжал свои работы по созданию "человеческого" яйца. Он представлял стройные шеренги белоснежных человеческих коконов, из которых вылупятся младенцы с мощным интеллектом и огромной памятью. Младенцы вырастут, и у них появится потомство, еще более совершенное.
Шварц понимал, что задуманный им проект потребует больших финансовых вложений, поэтому и форсировал выполнение имеющихся заказов.
Проект требовал также строгой секретности, причем на очень длительный период. Для этой цели лучше всего подошел бы какой-нибудь уединенный необитаемый остров в теплых широтах. Шварц решил обсудить эту проблему со своим финансовым директором Лео Бергманом, которому всецело доверял.
Первым делом Бергман, зная, что шеф не любит обсуждать деловые вопросы, пользуясь моментом, вкратце обрисовал финансовое положение лаборатории. Шварц был приятно удивлен, когда узнал, что Бергману путем грамотных финансовых вложений удалось за три года удвоить капитал.
Бергман был из тех людей, на лицах которых нельзя увидеть отражение их эмоций. Он был из породы "Берриморов", как, шутя, думал о нем Шварц.
— Дорогой патрон, — сказал Бергман, — вы не должны со мной советоваться. Вам нужен остров? Я найду вам остров. Покажите мне на карте квадрат, и если в нем окажется подходящий остров, он будет ваш. По поводу строительства на нем, я думаю, нам следует поговорить позже. Через месяц я вам представлю карты и снимки, и тогда мы продолжим разговор.
Конкретная работа в лаборатории, беседы с отцом, очень быстро восстанавливали научные знания Игнатия. Парадоксальным образом в памяти всплыло даже воспоминание о том, как он готовился к процессу клонирования собственной личности. Уже полгода спустя Игнатий мог проводить исследования самостоятельно.
Четыре грызуна из первой партии успешно прошли инкубационный период, и двое из них даже сумели прогрызть оболочку, и выбраться из яйца самостоятельно. Пятый эмбрион прирос к оболочке и оказался нежизнеспособным. Глеб, который прекрасно справлялся с обязанностями лаборанта, предложил периодически переворачивать яйца во время инкубационного периода.
Не дожидаясь следующей партии грызунов, чтобы сэкономить время, Шварц решил перейти к завершающей стадии опытов.






