ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Воронов Леонид Разоблачение "Глубокоуважаемый коллега! Рад приветствовать Вас, и буду счастлив, если Вы сочтете возможным принять наше приглашение на небольшой научный симпозиум, который состоится шестнадцатого мая в столице Италии. Надеемся, что проблема, которую мы намерены обсудить, Вас заинтересует, и Вы согласитесь поделиться с нами своими бесценными знаниями, и колоссальным научным опытом. Беру на себя смелость заверить Вас, что все Ваши материальные затраты будут компенсированы. Буду счастлив лично встретить Вас в Риме, если Вы сообщите время Вашего прибытия. С почтением, профессор Шварц". Такое послание получил профессор-биофизик Лев Петрович Таубе. С профессором Шварцем они были лично знакомы, хотя отношений не поддерживали. Шварц был микробиологом, и его статьи в научной прессе были хорошо известны. Таубе всегда с интересом изучал эти статьи, но уже около двух лет работы Шварца ему на глаза не попадались. До этого Шварц занимался проблемами генной инженерии. Приглашение носило неофициальный характер, и Лев Петрович сделал вывод, что в своей работе Шварц вышел за рамки микробиологии, и нуждается в консультациях коллег смежных научных направлений. Таубе приглашение импонировало сразу в трех пунктах: во-первых, чисто научный интерес, и простое человеческое любопытство, во-вторых, профессор собирался в отпуск, и как раз раздумывал, где и как его провести. В третьих, встреча была назначена в Средиземноморье, в колыбели цивилизации, а Лев Петрович, как и всякий русский человек, испытывал глубокий интерес к этому уголку земного шара. Через две недели Таубе прибыл в Рим. В Риме у Генриха Шварца была вилла, в которой для русского ученого была приготовлена комната. Шв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Двенадцать тысяч лет назад орбита Земли пересеклась с траекторией гигантского астероида. Планету потрясли чудовищные катаклизмы. Поверхность суши претерпела значительные изменения, взрыв астероида произвел глубокие изменения в земной коре, нарушил температурный режим, сдвинул географические и магнитные полюса Земли, окутал планету слоем пыли и пепла, которые на долгие годы погрузили Землю в сумерки. Резко активизировалась вулканическая деятельность, невероятной силы землетрясения потрясали сушу и морское дно, рождая гигантские волны цунами, ураганы и смерчи. Исчез в пучине океана целый материк, на котором существовала развитая цивилизация.

Агония многих миллионов человек, охваченных потрясением, паникой, отчаянием, ужасом, образовала мощный всплеск отрицательных эмоций. Поток эмоций был такой силы и концентрации, что образовал локальный энергетический сгусток, который под действием земной гравитации стал вращаться вокруг планеты по вытянутой эллиптической орбите.

Те из людей и животных, кому удалось выжить, в страданиях, в страхе и в гневе боролись за свою жизнь. Весь спектр отрицательных человеческих эмоций витал над планетой, достигая орбиты энергетического сгустка. Часть эмоциональной энергии концентрировалась в сгустке. Он становился плотнее, внутренние силы взаимодействия росли. Вместе с процессом накопления энергии, параллельно шел процесс ее самоорганизации.

Первыми в сгустке возникли инстинкт самосохранения и инстинкт голода. Последний требовал поиска источников энергии.

Сгусток осознал, что способен изменить траекторию, ориентируя орбиту так, чтобы она проходила над густо населенными районами, подверженными действию катаклизмов, метеорологических и социальных аномалий. В этом случае энергетические затраты на изменение плоскости орбиты с избытком восполнялись возросшим потоком энергии отрицательных человеческих эмоций. Энергетика сгустка увеличивалась, но вместе с тем росло и чувство голода. Под действием этих требований пробуждались признаки разума, поскольку возникло противоречие между инстинктом самосохранения и инстинктом голода: первый запрещал тратить энергию, накопленную с таким трудом, второй требовал новых источников. Прошло больше тысячи лет, прежде чем зародившийся разум смог взвесить свои возможности и истратить значительную часть энергии на торможение. Орбита приблизилась к поверхности планеты и стала более округлой, к тому же количество витков за единицу времени увеличилось, и каждый виток приносил энергию.

Прошло не одно тысячелетие, пока медленный разум существа не осознал, что частичным решением проблемы было бы зависание над источником энергии.