Крик белого руша испугал Рашель больше, чем неожиданное резкое движение ожившего мужчины. Она быстро вскочила на ноги.
Мужчина открыл глаза.
Яркий свет ударил Тому в глаза и пробудил его сознание. Разум зашевелился, определяясь в пространстве. Вверху лазурное небо. Над ним зелень деревьев, листья шелестят на свежем ветерке.
Нет, это не Денвер.
И не кушетка под ним, не димедрол циркулирует по венам. Денвер ему, благодарение небесам, приснился. Что означает… Черную летучую сволочь! Спасибо большое…
Том рывком сменил позицию на сидячую и увидел перед собою множество древесных стволов разных цветов и оттенков, преимущественно желтых и красных. Он повернул голову влево — слева за ним следили две пары любопытных изумрудных глаз. Неподвижно стояли два белых пушистых существа, формой весьма схожих с черными летучими гадами.
Белая, та, что поменьше, глядела куда-то мимо Томаса. Он проследил за направлением взгляда. В десяти футах от него застыла женщина с длинными каштановыми волосами, в красном атласном платье. Женщина тоже смотрела на него, на Тома.
Он резво вскочил, уже поняв, что с телом все в порядке, что от страшных ран не осталось и следа, что на нем ни царапины, ни пятнышка крови. Неподалеку журчит вода. Где он? Кто эта женщина? А эти существа?
— Ты чего-то не понимаешь? — участливо спросил более крупный белый.
Том выпучил глаза. Он только что услышал слова, произнесенные животным. Впрочем, что в этом необычного? Да ничего. Он помотал головой, чтобы прояснить мысли.
— Ты вышел из черного леса, — продолжил белый. — Но воду ты не пил, не беспокойся. Меня зовут Микал, его — Габил, а ее, — он указал крылом на женщину, — Рашель. — Имя женщины он произнес так, будто оно должно означать нечто особенное. — Как ты себя чувствуешь?
— Да, как ты чувствуешь себя, государь мой? — повторил второй белый, Габил.
В сознании Тома всплыли детали его бега по черному лесу. Все казалось знакомым, но каким-то смутным. В памяти оживали и более ранние происшествия, после того как он очнулся, ударившись головой о камень. Он схватился рукой за рану на черепе — никакой раны. Ни следа.
Опустил взгляд на грудь и ниже, провел рукой по груди и животу — ни царапины, ни синячка.
Том повернулся к женщине.
— Я чувствую себя… отлично.
Она подняла брови и улыбнулась.
— Отлично? — Она шагнула ближе, переступая босыми ногами. Остановилась в шаге от него. — Как звать тебя?
Он чуть помедлил.
— Томас Хантер.
— Рада познакомиться с тобой, Томас Хантер.
Она протянула ему руку, и он попытался принять ее ладонь в свою, но пальцы ее лишь скользнули по его руке. Он даже приветствие забыл.
— Ты нравишься мне, Томас Хантер, — сказала она мягко, глядя на него сияющими глазами. — Я избрала тебя.






