ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отец Мегги обладает чудесным даром: когда он читает книгу вслух, её герои оживают. Однако взамен под обложку попадает кто-нибудь из окружающих. Да и в книгах бывают не только добрые персонажи. Чернильное сердце Корнелия Функе НОЧНОЙ НЕЗНАКОМЕЦ Лунный свет заполнял глаза деревянной лошадки, равно как и глаза мышки, когда Толли затаскивал её под подушку, чтобы получше разглядеть. Тикали часы, и ему казалось, что в тишине он слышит топоток крохотных голых ножек по полу, хихиканье, перешептыванье и звук, похожий на шелест страниц какой-то большой книжки. Л. М. Бостон. Детииз Грин-Ноу В ту ночь шёл дождь, моросящий, шепчущий дождь. Даже через много лет, стоило лишь закрыть глаза, Мегги слышала, как он словно пальцами постукивает по стеклу. Где-то в темноте лаяла собака, а Мегги всё вертелась с боку на бок и никак не могла заснуть. Под подушкой лежала книга, которую она читала. Переплёт прижимался к уху, как будто манил девочку на спрятанные под ним страницы. – Это, наверно, очень удобно – подкладывать под голову что-нибудь твёрдое, – сказал отец, когда впервые обнаружил книгу у неё под подушкой. – Признайся, она нашёптывает тебе по ночам свои истории? – Иногда, – ответила Мегги, – но это только для детей. В ответ Мо ущипнул её за нос. Мо. Мегги ещё никогда не называла отца иначе. В ту ночь, когда всё началось и многое навсегда изменилось, под подушкой лежала одна из любимых книг Мегги. Раз дождь не давал ей спать, девочка села на кровати, протёрла глаза, прогоняя усталость, и вытащила из-под подушки книгу. Когда она раскрыла её, страницы многообещающе зашелестели. Мегги заметила, что каждая книга раскрывалась со своим особенным шелестом – в зависимости от того, знаешь ты, о чём эта книга, или нет. Теперь нужен был свет. В ящике своего ночного столика Мегги спрятала коробок спичек. Мо запретил ей зажигать ночью свечи. Он не любил огня. «Огонь пожирает книги», – говорил он,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она готова была сама себя побить за глупость. Что, если и другие заметили тонкую фигурку, на секунду выглянувшую из-за машины и тут же исчезнувшую снова? Но, похоже, никто ничего не заметил, в том числе и тиканья.

– Красивая речь, – медленно произнёс Каприкорн. – Но ты здесь не для того, чтобы поминать погибших предателей. Твоё дело читать. Говорю в последний раз.

Мегги заставила себя взглянуть ему в лицо. Главное – не оборачиваться на машины. Что, если это и правда был Фарид? Что, если тиканье ей не послышалось?

Сорока недоверчиво поглядела на неё. Может быть, и она слышала этот тихий, безобидный звук, просто цоканье языка о верхние зубы. Какое это может иметь значение? Конечно, если знать историю капитана Крюка, который боялся крокодила с будильником в желудке… Сорока её уж точно не знала. Зато Мо не сомневался, что Мегги поймёт его знак. Сколько раз он будил её, тикая в самое ухо так, что ей становилось щекотно: «Мегги, вставай! Крокодил уже здесь!»

Поэтому Мо мог твёрдо рассчитывать, что Мегги узнает тиканье, с которым Питер Пэн пробрался на корабль Крюка, чтобы спасти Венди. Лучше знака он не мог придумать.

«Венди! – подумала Мегги. – Что там с ней было дальше?» На мгновение она чуть не забыла, где находится. Но Сорока напомнила ей об этом. Ладонью она стукнула девочку по затылку.

– Да начинай же наконец, маленькая ведьма! – прошипела она.

Мегги повиновалась.

Она поспешно вынула чёрную закладку. Нужно торопиться, нужно читать, пока Мо не наделал глупостей. Он же не знает, что задумали они с Фенолио.

– Я начинаю и прошу, чтобы мне никто не мешал! – крикнула она. – Никто! Ясно? – «Пожалуйста, – думала она про себя, – пожалуйста, ничего не предпринимай».

Некоторые из оставшихся людей Каприкорна засмеялись. Но Каприкорн откинулся в кресле и скрестил руки в ожидании.

– Обратите внимание на то, что сказала малышка! – произнёс он. – Кто будет ей мешать, первым пойдёт на угощение Призраку!

Мегги просунула два пальца в рукав. Они тут, слова Фенолио. Она посмотрела на Сороку.

– Вот кто мне мешает! – сказала она. – Я не могу читать, когда она стоит у меня над душой.

Каприкорн нетерпеливо кивнул Сороке. Мортола сделала такое лицо, будто её заставили откусить кусок мыла, но всё же отступила на три шага. Пожалуй, этого достаточно.

Мегги подняла руку и отвела волосы со лба.

Знак для Фенолио.

Он тут же начал представление.

– Нет! Нет! Она не будет читать! – закричал он и шагнул к Каприкорну, прежде чем Кокерель успел его удержать. – Я этого не допущу! Я автор этой книги, и я написал её не для того, чтобы её использовали для убийств и издевательств!

Кокерель попытался зажать ему рот, но Фенолио укусил его за пальцы и вывернулся с такой ловкостью, какую Мегги и предполагать не могла у старика.