ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он смотрит на свое отражение в зеркале и видит чужое лицо. Кто он такой? Ему говорят, что его имя — Вильям Монк, что он работает в полиции. Осторожно, на ощупь, он пробирается по извилистым коридор... Чужое лицо Энн Перри Глава 1 Он открыл глаза и увидел над собой низкое зимнее небо. Моргнул и взглянул снова. Он лежал навзничь, а над головой нависал серый потолок, потемневший от сажи и многолетних испарений. Он пошевелился. Кровать оказалась короткой и жесткой. Сделал попытку сесть и почувствовал острую боль. Казалось, в грудь всадили кинжал. Ныла туго забинтованная левая рука. Стоило приподнять голову — и кровь начинала молотом бить в виски. В нескольких футах стояла еще одна деревянная койка — точно такая же, как и его собственная. Там под серым скомканным одеялом беспокойно ворочался мужчина с одутловатым лицом. Его рубашка потемнела от пота. Рядом лежал еще один человек, с пропитанными кровью бинтами на ногах; потом еще один… и так до самого конца огромной комнаты, где под закопченным потолком чернела пузатая печь. Им овладела паника. Он — в работном доме! Боже милостивый, как он сюда попал? Однако день был в полном разгаре! Неловко извернувшись, он оглядел помещение. На койках вдоль стены лежали люди. Ни в одном работном доме страны обитателям не позволяли такой роскоши! Всех бы подняли и отправили трудиться если не ради спасения души, то хотя бы ради прибылей заведения. Грех праздности не прощался даже детям. Конечно, это больница. Почувствовав облегчение, он осторожно опустил голову на подушку, набитую отрубями. Как его занесло сюда и какое несчастье с ним случилось, он не помнил, хотя левая рука ныла и плохо слушалась. Каждый вздох вызывал острую боль в груди. Что с ним произошло? Он упал с лошади? На него рухнула стена?.. Воспоминаний не было — в голове царила пустота. Неожиданно над ним склонилась ухмыляющаяся физиономия, и бодрый голос произнес: — Ну что, с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Стало быть, Гримвейд пошел с ней и открыл дверь?

— Да, конечно, хозяйским ключом.

— И что они обнаружили? Поточнее.

Ивэн сосредоточился, причем Монк не был уверен, вспоминает его помощник показания свидетелей или же собственные впечатления.

— В прихожей все было в порядке, — начал Ивэн. — Все вещи располагались на своих обычных местах: вешалка, стойка для тростей и зонтиков, подставка для обуви, столик для визитных карточек. Пожалуй, все. Дверь из прихожей ведет прямо в гостиную, спальня находится чуть дальше. — По лицу молодого человека пробежала тень, и он оперся на подоконник. — Зато в следующей комнате все было перевернуто вверх дном. Шторы задернуты, газ горел, хотя дело было уже днем. Сам Грей лежал, свесившись из перевернутого кресла. Все было залито кровью… Должен признаться. — продолжал он не без волнения, — что такого зверства я еще не видел. Мужчину забили до смерти каким-то тонким предметом, я имею в виду — не дубинкой. Несомненно, была драка. Столик перевернут, одна ножка сломана. Безделушки сброшены на пол, одно из кресел опрокинуто — то самое, в котором лежало тело. — Ивэн нахмурился, лицо его несколько побледнело. — В других комнатах все было на своих местах. — Он развел руками. — Когда нам удалось привести в чувство миссис Хаггинс, она осмотрела кухню и спальню. По ее словам, там ничего не изменилось.

Монк глубоко вздохнул и задумался. Он должен был сейчас изречь что-то мудрое. Похоже, Ивэн ждал от него именно этого.

— То есть у Грея в тот вечер был гость, — произнес он куда менее уверенно, чем хотелось бы. — Гость поссорился с хозяином, а может, просто напал на него. Произошла яростная драка — и Грей был убит.

— Похоже на то, — снова выпрямляясь, согласился Ивэн. — Ничего другого мы предположить не смогли. Нам даже неизвестно, знаком был убийца с Греем или нет.

— Никаких следов взлома?

— Нет, сэр. Да и вряд ли какой-нибудь взломщик займется дверью, если в доме горит свет.

— Да. — Монк мысленно обругал себя за идиотское предположение. Или он всегда был таким дураком? Во всяком случае, Ивэн даже не удивился его вопросу. Хорошее воспитание? Или просто боится поссориться с начальством? — Да, конечно, — произнес он вслух. — При условии, что убийца не включил свет сам, чтобы сбить нас с толку.

— Вряд ли, сэр. Будь он столь хладнокровен, он бы забрал ценности. А ведь даже деньги в кошельке Грея остались нетронутыми.

Монку нечего было возразить. Он вздохнул и сел за стол. Не предложив Ивэну также присесть, он углубился в показания привратника.

Лэмб подробно расспросил свидетеля обо всех посетителях, будь то слуги, мальчишки-посыльные или даже бродяги. Гримвейд был не на шутку обижен.